Солдат императора стр. 114
помолясь, приступаю во Славу Божию».
Примечание Пауля Гульди:
«Данные записки передал мне Адам Райсснер в Испании в 1535 году. К сожалению, он не пожелал раскрыть автора этих строк, но это точно не Адам, ибо его почерк и его стиль я знаю слишком хорошо. Кроме того, он вряд ли стал бы именовать себя „стариком“, ведь лет этому достойному мужу еще совсем немного.
Считаю нужным присовокупить их к рассказу о битве, в которой я принимал непосредственное участие, из-за чего моё собственное поле зрения, а значит и мои суждения, были предельно сужены. Беседовать же после битвы с пленными командирами французов высшего звена я не имел возможности.
Таким образом, картина, нарисованная безвестным воином, должна органично дополнять мои собственные сведения, и я намерен цитировать его записи, показывая панораму событий на политической арене и на поле боя. Тем более, что, вопреки уверениям, перо вовсе не так косноязычно. Позволю только себе самовольно разбить текст на абзацы, для удобства чтения.
Кроме того, я обращаюсь к дневникам Адама Райсснера, который куда больше моего был осведомлен об общем ходе баталии. Его записи приведены в моем пересказе.
Надеюсь, что подробное описание этого грандиозного столкновения позволит с максимальной точностью определить картину развития наблюдаемого общества и послужит полезным дополнением к моим ежегодным отчетам.
Э. А.»
Из анонимных записок:
«В год 1524 от Рождества Христова в середине октября армия наша вынужденно отступила в Италию перед лицом грозной силы, что привел на помощь осажденному Марселю король Франции Франциск I.
Пылкий сердцем монарх повел свои легионы вослед нам, надеясь догнать и одним ударом решить затянувшуюся войну, что начал еще Карл VIII. Дело оборачивалось скверно для имперских войск. Один за другим Франциск сметал наши хилые заслоны и, перейдя Альпы, устремился к Милану, который и взял решительным натиском. Герцогское кресло Франческо Сфорца занял французский губернатор Луи де ля Тремуй.
Мы же отступили к Лоди, где укрепился наш командующий Шарль де Ланнуа с двенадцатитысячным войском. Девять тысяч ландскнехтов и испанцев он отрядил под команду удачливого воина Антонио де Лейва, которые заняли городок Павию, чтобы обеспечить дороги к Милану, который мы не теряли надежды в скором времени отбить.
Положение ухудшалось с каждым днем, ведь французы в Милане не остановились и, развивая успех, бросились в драку. Павия стала ключевой позицией. Валуа ударил по ней со страшной силой своего тридцатипятитысячного корпуса. Слава Богу, что часть воинов он вынужден был оставить в Милане гарнизоном, а так же разослать по всей Ломбардии, так что не смог привести всю пятидесятитысячную армаду.
Опытные военачальники уговаривали его блокировать Павию малой силой, а главные части послать дальше, но король был настроен на быстрый успех и решился на осаду и штурм.
2 ноября Анн де Монморанси разбил наши разъезды и пересек реку Тичино. С тех пор кольцо блокады замкнулось и храбрые защитники могли рассчитывать только на свои силы. Контрвалационная линия была возведена с похвальною быстротою, на ней установили пушки, и до 21 ноября продолжалась бомбардировка. Крепкие стены Павии уступили совокупной мощи семи десятков орудий. И тогда начался штурм, который наши солдаты сдерживали трое суток подряд.
Кто бы мог подумать, что изнуренные осадным сидением люди смогут отразить вчетверо превосходящего противника?!