Солнце в крови стр. 249
брать на измене, с компроматом от конкурентов в руках. Они сразу становятся очень щедрыми, я всегда удивляюсь. Потом будут и белка, и свисток. Я имею в виду деньги и славу. Правда, два платья мне не понравились, хотел позвонить, сказать, чтобы срочно заменили…
На этом самом интересном месте и раздался звонок в ворота. И все застыли, понимая, что это как раз то, чего Андреас и Силин ждали.
– Не паникуем, – распорядился Сергей. – Оружие прошу оставить. Идем спокойно, все. Хозяин впереди. Сзади мы, прогуливающиеся по саду гости.
Андреас и Силин послушно вытащили из задних карманов джинсов пистолеты, сунули в ящик кухонного стола. Пошли в указанном порядке. Оксана во дворе потянула Сергея за руку:
– Подожди. Я хочу попросить. У тебя есть видеокамера?
– Обижаешь, – ответил Сергей. – Она у меня вместо очков. А что?
Оксана пошептала ему на ухо.
Андреас открыл калитку. Все увидели ухмыляющегося Иванова в сопровождении двух хмурых теток. Иванов, не торопясь, достал из нагрудного кармана куртки какую-то бумагу, протянул Андреасу. Тот взглянул…
– Как же ты так быстро подсуетился, сука. Постановление суда. Эти две – кто будут?
– Судебные исполнители, конечно, – радостно заявил Иванов. – Дорогу представителям власти! Прошу обеспечить доступ к ребенку, за которым мы приехали. Отмечу в протоколе, что в позднее время тут прям сходняк какой-то.
Сергею пришлось изо всех сил держать Андреаса за руки, заломив их сзади, и оттащить в сторону.
– Подожди! Стой здесь. Не мешай!
В это время Оксана подошла к Иванову.
– Мы не могли бы поговорить? Это очень важно. Давайте отойдем немного в сторонку. Не знаю, кто такие судебные исполнители, но мне не нравится само название.
Она отвела его на противоположную сторону пустынной улицы, бросила беглый взгляд на Сергея, который со скучающим видом стоял в проеме калитки и смотрел куда-то за горизонт.
– Меня зовут Оксана Демидова, – негромко сказала она. – Вы, конечно, слышали о том, что произошло с моим мужем…
– Ну… – обалдело посмотрел Иванов. – Это здесь при чем?
– При всем, – искренне сказала Оксана. – Я люблю этого человека и беру на себя ответственность за его ребенка, понимаете?
– А че тут понимать? У меня предписание.
– Я так понимаю – оно появилось в один день. И вы к этому имеете прямое отношение.
– Сам виноват, – буркнул Иванов. – Ему сказали, что надо делать. А он быкует.
– Я не вмешиваюсь в решения Андреаса. У меня личная просьба к вам. Скажите, пожалуйста, сколько стоит эта бумага… Ну, чтобы я ее купила, а вы дали всем отбой. Не стесняйтесь, вы же понимаете, у меня есть возможности. Главное – все останется между нами. Если честно, я тоже против неуступчивости Андреаса. Но мальчик при чем?
Последние слова были решающими. То есть она против Илиади, она платит за эту бумагу, на которой даже печати нет, потому что с судьей была договоренность по телефону.
– Десять штук, – сказал Иванов. – То есть извиняюсь – восемнадцать! Вы ж понимаете, я не себе. Кругом одно ворье, взяточники. Они ж без взятки не пер… Ой, извиняюсь.
Оксана, не торопясь, вытащила из сумочки кошелек, из него картинно отсчитала двадцать тысяч – четыре бумажки по пять.
– Мы в расчете?
– Да! – практически всхлипнул Иванов.
– Бумагу сначала.
Обмен состоялся. Сергей исчез из проема