Соня Кривая стр. 23
и Софьей Кривой, дал их портретные описания. Удалось ему узнать и адрес конспиративной квартиры в Омске, куда он выехал теперь: Степная № 1.
Слежка за С. А. Кривой началась.
Из „Дела“ С. А. Кривой.
Впервые Софья Авсеевна обнаружила, что за ней следят, на вокзале. Она шла на связь с Широковым.
Войдя в полосу света возле касс, почувствовала на себе чей-то взгляд. Оглянулась, человек резко отвернулся и направился в толпу.
* * *Следующую ночь, последнюю перед отъездом в Омск, Софья не ночевала дома. По предложению Алексея Александровича Григорьева был принят следующий план. Григорьев проводит ее до копей, где Кривую уже будет ждать Федор Царегородцев с билетом. Выедет она со станции Сергинско-Уфалейская.
По заданию горкома партии С. А. Кривая должна была информировать через Омск партийные организации Сибири о положении дел на Южном Урале, передать нужные партийные документы. Попутно она везла деньги — 300 тысяч рублей, недавно переданных челябинцам миньярскими подпольщиками.
План, предложенный Григорьевым, оправдал себя. Никем не замеченная, Софья Кривая выехала в Омск.
* * *А в Челябинске между тем назревали события.
В кабинет Сорочинского был вызван капитан Савицкий. Полковника он застал за изучением примет подпольщиков, которые представил Барболин.
— «Софья Кривая, — прочел вслух Сорочинский, — миловидна собой, лицо овальное, на левой щеке — родинка, носит капюшон из верблюжьей шерсти…»
— Что ж, капитан, — передал он бумаги Савицкому, — принимайте дела. Операцию я поручаю вам. Учтите, самую ответственную операцию. Кстати, о Кривой. Она скрылась, но, я думаю, далеко не уйдет. Отыщем.
«На левой щеке родинка…» — перечел еще раз капитан в своем кабинете. — Уж не та ли это девушка, что встречалась однажды в Народном Доме… Тогда еще взлетел на воздух памятник чехам… Жаль, очень жаль…»
А вскоре белая контрразведка добилась еще одного успеха. По доносу эсера Шулова 24 марта был арестован бывший его товарищ по партии — Н. Образцов. Образцов, как и Барболин, не имел устойчивых политических взглядов. Увы, это был не такой храбрый человек, как о нем говорили. Имена восемнадцати большевиков назвал он на допросе капитану Савицкому.
— Клубок разматывается, — не скрывая радость, докладывал капитан полковнику Сорочинскому. — Начинаем аресты.
— С богом! — перекрестил его полковник.
* * *…Улицы Омска напоминали военный бивуак. Город был забит войсками. Всюду виднелись артиллерийские фургоны, повозки, упряжки. Софья Кривая шагала в толпе прибывших пассажиров. Невзрачный на вид чемоданчик, которым она помахивала в такт своим шагам, скромная одежда ничем не привлекали внимания прохожих. Вместе с толпой она вышла на многолюдную улицу. Вот и дом № 1 на Степной.
Опытный конспиратор, она знала, сразу к дому подходить нельзя, надо убедиться — нет ли за тобой слежки. Соня обошла дом переулком. Мимо нее прошел мужчина. Походка его показалась Соне знакомой. Ба, да это же ротмистр Зудов из Челябинска! Одет был в штатскую одежду.
Между тем Зудов замедлил шаг. Потом стал раскуривать папиросу, незаметно осматриваясь по сторонам.
Белая контрразведка Омска была предупреждена о возможности появления в городе Софьи Кривой. Не сомневались, что, приехав в город, появится она на Степной. Сюда и был направлен приехавший из Челябинска Зудов.
Не будучи обнаруженной, Соня направилась на Мясницкую улицу, на квартиру Е. Л. Киржнер, связной с Омским подпольным комитетом.
«У меня была явочная квартира, — рассказывает в своих письмах Е. Л. Киржнер, — от меня получали