Соратники Иегу стр. 45
что он не слышит, как восторгается им англичанин.
— О! Будь он здесь, я бы этого не сказал.
— Почему же?
— Чтобы он не подумал, что я говорю это, желая ему угодить. Я это говорю, потому что таково мое убеждение.
— Я в этом не сомневаюсь, милорд, — согласился Ролан, не зная, к чему клонит англичанин; вычитав из паспорта все, что ему было нужно, он решил проявлять сдержанность.
— И когда я увидел, — продолжал англичанин все так же флегматично, — когда я увидел, что вы приняли сторону генерала Бонапарта, это меня порадовало.
— В самом деле?
— Весьма порадовало, — и англичанин утвердительно покачал головой.
— Тем лучше.
— Но когда я увидел, что вы бросили тарелку в лицо господину Альфреду де Баржолю, это меня огорчило.
— Это вас огорчило, милорд? Но почему?
— Потому что у нас в Англии джентльмен никогда не бросит тарелку в лицо другому джентльмену.
— Ах, милорд, — сказал Ролан, вставая и хмуря брови, — уж не для того ли вы пришли, чтобы читать мне мораль?
— О нет, я пришел, чтобы спросить вас: может быть, вам трудно найти секунданта?
— Честное слово, сэр Джон, так оно и есть, и как раз в момент, когда вы ко мне постучались, я ломал голову, раздумывая, кого бы мне попросить о такой услуге.
— Если вам угодно, — предложил англичанин, — я буду вашим секундантом.
— Бог ты мой! — воскликнул Ролан. — От всей души принимаю ваше предложение!
— Это и есть та услуга, которую я хотел вам оказать.
Ролан протянул ему руку.
— Благодарю, — произнес он. Англичанин поклонился.
— Вы поступили правильно, милорд, — продолжал Ролан, — сообщив мне, кто вы такой, прежде чем предложить свои услуги, и теперь, когда я их принял, мне надлежит в свою очередь сказать вам, кто я.
— О! Как вам будет угодно.
— Мое имя Луи де Монтревель, я адъютант генерала Бонапарта.
— Адъютант генерала Бонапарта? Я очень этому рад!
— Теперь вы понимаете, почему я слишком горячо, быть может, встал на защиту моего генерала.
— Нет, не слишком горячо; но тарелка…
— Да, я знаю, можно было бросить ему вызов, не прибегая к тарелке; но как тут быть? Я держал ее в руке, не зная, что с ней делать, и швырнул ее в лицо господину де Баржолю; она вырвалась у меня из рук против моей воли.
— Вы ему об этом не скажете?
— О, будьте спокойны, это я говорю вам, именно вам, имея в виду вашу щепетильность.
— Очень хорошо. Так вы будете драться на дуэли?
— Во всяком случае, для этого я и остался.
— А каким оружием?
— Это вас не касается, милорд.
— То есть как это
меня не касается?
— Нет. Господин де Баржоль подвергся оскорблению, ему и выбирать род оружия.
— Так, значит, вы примете любое оружие, какое он предложит?
— Не я, сэр Джон, а вы от моего лица, поскольку вы оказываете мне честь быть моим секундантом.
— А если он изберет пистолеты, то на каком расстоянии и как именно желаете вы стреляться?
— Это уж ваше дело, милорд. Не знаю, как у вас в Англии, но у нас во Франции дуэлянты ни во что не вмешиваются: секундантам предоставляется все устраивать; как бы они ни договорились, все будет принято.
— Значит, вы примете все условия, какие я вам предложу?
— Безоговорочно,