Сошествие Ангелов стр. 25
другим оружием, но все это ничего не значит, если он лишен силы духа. Для охоты на великих зверей человек должен обладать немалой силой воли. Сила воли помогает терпеть холод и голод, переносить страх и не сгибаться перед лишениями. Запомните навсегда: разум и воля рыцаря представляют для него такое же оружие, как броня, меч или пистолет. Я научу вас, как развить в себе эти черты, но только от вас зависит, пойдет ли учение вам на пользу. В конечном счете вопрос ваших побед и поражений будет решаться в глубинах ваших сердец. Чтобы стать настоящим рыцарем, требуются моральные силы и великая сила духа.
Ну вот, вы прослушали ваш первый урок, — сурово произнес мастер Рамиэль и пристально посмотрел на каждого из своих питомцев, словно желая заглянуть в их души. — А теперь идемте завтракать.
После команды наставника мысли Захариэля стали подниматься из глубин подсознания к пробуждению, и тут он услышал отдаленный звон колокола и почувствовал, как чьи-то жесткие руки трясут его за плечи, окончательно вырывая из сна.
Все еще ошеломленный кошмаром, он открыл глаза.
Зрение сфокусировалось не сразу, и только через несколько секунд он узнал склонившееся над ним лицо брата, который всю ночь поддерживал его в кошмарном сне.
— Немиэль? — охрипшим спросонья голосом произнес он.
— А кто же еще это может быть?
— Что ты делаешь? И который теперь час?
— Еще рано, — ответил Немиэль. — Вставай, и поторопись!
— Зачем?! — воскликнул Захариэль. — Что происходит?!
Немиэль вздохнул, а Захариэль, окинув взглядом их аскетическую спальню, увидел, что все мальчики торопливо натягивают одежду и на их лицах сверкают взволнованные усмешки, лишенные и тени страха.
— Что происходит? — повторил Немиэль. — Мы отправляемся на охоту, вот что происходит.
— На охоту?
— Да! — воскликнул Немиэль. — Брат Амадис берет наш отряд на охоту!
Захариэль ехал между деревьями тенистого леса на вороном коне и испытывал привычную смесь возбуждения и страха. Обрывки ночного кошмара всплывали в его памяти и вызывали дрожь, и Захариэль прислушивался, пытаясь уловить пронзительный шепот, который преследовал его в последние мгновения сна.
Но ничего не было, хотя оживленная болтовня его товарищей все равно заглушила бы все звуки, кроме самых громких криков птиц. Рядом с Захариэлем скакал на коне Немиэль, его простодушное лицо и темные волосы почти полностью скрывал шлем, но явное оживление оказалось заразительным.
Захариэля выбрали предводителем одной из групп, и позади него на таких же вороных калибанских конях ехали девятеро его товарищей. Верховые лошади всех остальных мастей давным-давно вымерли, и в конюшнях Ордена разводили только вороных скакунов.
Кони, как и их всадники, были еще совсем молодыми, и им тоже предстояло многому научиться, чтобы стать частью знаменитой кавалерии Воронова Крыла. Рыцари Воронова Крыла могли сравниться с бесстрашными героями древних преданий и славились своим искусством молниеносных сражений и партизанских рейдов; они были настоящими повелителями дикого леса.
Они могли долгие месяцы выживать в одиночку в самых опасных чащах калибанских лесов, а крылатые шлемы всегда скрывали их воинов.
Быть рыцарем Воронова Крыла означало вести одинокую, но полную опасностей и славы жизнь.
В охоте участвовало еще пять групп по десять всадников, и они передвигались по лесу строем, напоминавшим перевернутую букву «V», а брат Амадис, как наблюдатель и наставник, постоянно перемещался от