Сословные условности стр. 31
белого силикатного кирпича, выглядел по-советски добротно и зажиточно. Мужик закрыл ворота, поздоровался, представился как Котин муж, не называя своего имени, и пригласил проходить. Сам он пошёл вперёд, показывая дорогу. Вошли в большую прихожую, обшитую местами обшарпанной вагонкой и заваленную разномастной обувью на все случаи жизни и все времена года. Во всю стену располагалась огромная вешалка, на которой в три, а то и в четыре ряда висели какие-то куртки, ватники, пуховики, плащи и даже драповые пальто. Всё выглядело весьма замусоленным, а пол, похоже, вообще никогда не мыли. Ирка замерла, явно пребывая в растерянности, а Наташа печально подумала: «Добро пожаловать на Родину, дорогая подруга». Хотя, наверное, и в Америке полно таких вот пейзан, не заморачивающихся по поводу чистоты и порядка.
– Заходите смело, – обнадёжил Котин муж, – мы летом обувь не снимаем.
«Сомневаюсь, что вы её вообще когда-нибудь снимаете», – мысленно ответила ему Наташа.
За дверью прихожей оказалась большая вполне себе современная кухня-гостиная, пахло жареными грибами. В углу помещения располагался чумазый камин и большой диван, заваленный каким-то барахлом, на стене светилась и бубнила новостями огромная плазменная панель. Большой обеденный стол также оказался заставлен какими-то пакетами и грязной посудой с остатками еды. Над столом из-под слегка покосившегося абажура свисала липкая лента, полностью залепленная трупами мух.
– Девчонки, как же я по вам соскучилась! – Навстречу вошедшим откуда-то от плиты прискакала Котя в замусоленном переднике.
В отличие от виденной недавно Аллочки Верюжской Котя действительно ни капельки не изменилась. Такие же тёмные забранные в тугой хвост волосы и огромные добрые глаза в пол-лица, такая же тоненькая точёная фигурка, разве что грудь выросла, что сделало Котю похожей на звезду мексиканских сериалов. Обнялись, расцеловались, всплакнули, и Котя поскакала обратно к плите, где на огромной сковородке румянились белые грибы.
– Это Андрюшенька мой с утра в лес сбегал, беленьких приволок, добытчик! – сообщила Котя и поцеловала мужа, из чего Наташа сделала вывод, что Котиного мужа зовут Андрюшенькой. – Пришлось с утра грибы чистить, вот и не успела толком прибраться. Сейчас-сейчас. Зато грибочков с пылу с жару поедим с картошечкой, у нас синеглазка своя. У нас всё-всё своё! Полное самообеспечение. Вы любите синеглазку?
– Любим, – ответила за всех Наташа. – Может, помочь чем-то?
Она конечно предложила свою помощь, но побоялась, что её и правда попросят всё-таки что-то сделать в этом вопиющем бардаке, и тогда придётся выгнать всех на улицу, выкинуть всё их барахло, вымыть и вычистить всё, а потом ещё и протереть каким-нибудь антисептиком.
– Не беспокойтесь, сейчас Андрюшенька всё устроит, – проворковала Котя.
– Кстати, вот, чуть не забыла. – Ирка достала
из сумки бутылку самой дорогой водки, которая только оказалась в манерном гастрономе неподалёку от гранд-отеля «Эмеральд», а Наташа тут же подумала, что даже этой литровой бутылки, наверное, не хватит, чтобы тут всё как следует протереть.
Глаза Андрюшеньки при виде бутылки сразу засверкали, и Наташа испугалась, что и в этот раз они опять не угадали. Ведь Верюжская им ясно сказала, что нынче все пьют, и поэтому все они алкоголики, правда, она сказала, что пьют все приличные люди, Андрюшенька же на приличного человека ну никак не смахивал. Наташа для очистки совести даже попыталась представить его в костюме как у продвинутого бизнесмена Козлова,