Сословные условности стр. 55
– То, что надо! Сейчас подморозим слегка. Я как раз пельменей купила. С водочкой нет ничего лучше пельменей. Разве что доширак. Шучу. – Лицо прокурора при этом оставалось совершенно серьёзным. – Сейчас суши принесут. Я, честно говоря, думала, что это курьер, а это вы.
– Ты всё время дверь открытой держишь, не боишься, что обчистят?
– Кого? Меня? – Прокурор зашлась в счастливом смехе, но дверь закрыла.
– Покажи хоромы-то? – попросила Ирка.
– Да нечего смотреть. – Хозяйка хором пренебрежительно махнула рукой. – Система коридорная, бывшую коммуналку с трудом расселили, на этих тварей не угодишь: все хотят непременно в Московском районе, и чтоб тоже в «сталинке», и чтоб отдельно! Прикиньте? Однако! – Прокурор подняла указательный палец вверх. – Не на ту нарвались, все как миленькие в Купчино поехали, с ветерком, правда, отдельно со своим горшком и кухней. Зато ремонт у меня хороший. Беларусы делали, не какие-нибудь шакир-чуреки. Работают хорошо, но жадные, всё время денег хотят. А откуда у меня столько денег? На всех не напасёшься. Пошли на кухню.
Кухня прокурорской квартиры оказалась длинной и узкой, похожей на коридор. Вдоль одной стены располагалась сверкающая хромом и никелем кухонная стенка, у окна стоял узкий кухонный стол со столешницей из стекла, над столом на штанге болтался телевизор, на экране которого известные на всю страну дамы, несчастные в личной жизни, давали рекомендации, как надо личную жизнь устраивать правильно.
– А чего ты не снесёшь стенку и большую кухню-гостиную не организуешь, как принято нынче? – поинтересовалась Наташа, когда прокурор приткнула несчастных советчиц из телевизора.
– Это у кого ж такое принято, стенки сносить? – Прокурор строго поглядела на Наташу.
– Я слышала, что у кого в квартире сразу с большой кухней не построено, ну, в старом фонде, те сносят стеночку рядом с кухней и вуаля, – смело ответила Наташа, ничуть не стушевавшаяся под строгим прокурорским взглядом.
– А ты слышала, что надо документы соответствующие на такую перепланировку оформлять?
– Конечно! Но с твоими-то возможностями, – удивилась
Наташа.
– Много ты понимаешь про мои возможности! Они, конечно, есть, не спорю, но даже мои возможности не позволяют несущие стены сносить. Тут я, признаюсь, маху дала, при покупке всё толком не проверила. Так что посидим на кухне. Раньше, небось, сидели и ничего.
– Это те сидели на кухне, у кого она отдельная была, – проворчала Наташа, припомнив, что из учащихся в их супер-пупер навороченной спецшколе в коммуналках проживали именно те, кто по местожительству был к этой школе приписан, то есть такие как Наташа. Считалось, что им несказанно повезло попасть в столь великолепное учебное заведение. А вот остальные типа Коти, Мухи, Аллочки Верюжской, Маринки Забелиной, Аньки Скворцовой и самой нынешней прокурорши привозились на учёбу из других районов из отдельных квартир. И тем, кому якобы повезло учиться в этой спецшколе, приходилось иногда стесняться приглашать одноклассников к себе в гости и стыдиться своей обуви и одежды. Это сейчас Наташа смело может позвать к себе в гости ту же Смирнову, показать, как выглядит настоящая кухня-гостиная, которой Наташа очень гордилась, но похоже лет через десять всё вернётся на круги своя. И её внуки не смогут получить то же образование, что и внуки прокурора Смирновой. Да и была бы у Наташи эта кухня-гостиная, если б не счастливое расселение их