Советия стр. 20
в идеологии. Попросту говоря, браки между представителями народов, говорящих на разных языках, гораздо менее вероятны, чем между людьми, говорящими на одном языке. Браки между, скажем, католиками и протестантами, в условиях когда между этими общинами идет гражданская война, рассматриваются обеими сторонами как предательство, на которое мало кто решиться. Но даже и в мирное время такие браки менее вероятны, чем браки внутри общин. И так далее.
Царская Россия была страной, в которой существовали довольно жесткие барьеры между людьми различных религиозных конфессий.
Позволю себе привести довольно длинную цитату из дореволюционного энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (статья «Россия», раздел «Политика и финансы. Церковь. Инославные и иноверные исповедания в Россиии»):
«Для всех христиан и нехристиан, кроме раскольников и баптистов, обязательна религиозная форма браков; все брачные дела подсудны духовным установлениям соответствующих исповеданий. […]
Относительно перехода из одного вероисповедания в другое русское законодательство устанавливает очень много ограничений.
Всем вообще христианам воспрещается безусловно переход в нехристианские веры; православным воспрещен выход из православной церкви.
Переход из одного инославного исповедания в другое не запрещается безусловно, но и не предоставляется свободному усмотрению; он допускается не иначе, как с разрешения министра внутренних дел, по просьбам, принесенным ему без всякого участия духовенства того исповедания, в которое проситель перейти желает, и в этом разрешении министр может по своему усмотрению отказать.
Переход не христиан в православные церкви допускается, по общему правилу, только с особо на каждый раз Высочайшего разрешения, испрашиваемого через министра иностранных дел (Устав иностранных исповеданий, статья 8)
Исключение составляют только евреи, могущие переходить в иностранные церкви с разрешения министра внутренних дел, и все не христиане Кавказского края, получающие эти разрешения от главноначальствующего гражданской частью.
Не исповедовать никакого вероучения у нас вовсе не допускается.
Всем христианам безусловно воспрещаются браки с язычниками.
С евреями и магометанами русское законодательство разрешает вступать в брак, из христиан, только одним лютеранам, с соблюдением следующих условий: 1) венчание только в
лютеранской церкви; 2) крещение детей в лютеранском или православном исповедании; 3) испрошение со стороны последователей лютеранского исповедания разрешения местной консистории и 4) отказ жениха не христианина от многоженства.»
Из этой цитаты видно, что в дореволюционной России браки между женихом и невестой разных вероисповеданий были практически невозможны, а чтобы одному из них перейти в вероисповедание другого, нужно было получить специальное разрешение на очень высоком бюрократическом уровне. В результате социальные границы между конфессиями превратились также в невидимые границы, очерчивающие те пределы, в которых могли перемещаться и смешиваться гены. Например, евреи могли столетиями жить бок о бок с русскими, никак с ними не смешиваясь и сохраняя в результате внешний облик столь отличный от окружавших их русских людей.
Введя в стране атеизм, революция 1917 года сломала все религиозные барьеры. С этого момента границы, в которых могли перемещаться и перемешиваться гены, стали совпадать с государственными границами страны. Внутри страны началось интенсивное скрещивание между народами, прежде принадлежавшими различным религиям. В результате «смешанных» браков в огромных количествах стали рождаться люди, с такими сочетаниями генов, которые были бы крайне маловероятны (а то и вовсе невозможны) в дореволюционной России. Я везде пишу слово «смешанные» в кавычках, поскольку раз уж жених и невеста, принадлежавшие к разным народам, поженились несмотря на