Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 58
пыль.
— Я не боюсь его, Тайфун, я сам могу его уничтожить.
— Именем моего брата, говорю тебе — иди!
Склонив голову, Мадрак уходит. Позади него раздаются звуки ожесточенной битвы. Он проходит мимо лежбища минотавра. Он идет вверх по коридорам.
Бледные создания с зелеными светящимися глазами кидаются на него. Он убивает их с легкостью, голыми руками и продолжает путь.
Когда на него вновь нападают, он отталкивает их в сторону, пробиваясь сквозь них, но не убивая, так как ему надо время, чтобы подумать.
Он говорит:
— Вам было бы неплохо обдумать возможность иметь части самих себя, которые могли бы выдержать уничтожение ваших тел, и назвать эти гипнотические части душами, чтобы долго не спорить. Вот тогда, начиная с предположения, что…
Но они вновь кидаются на него, и ему приходится прикончить их всех.
— Жаль, — говорит он и произносит Молитву Вероятной Смерти.
Продолжая идти вперед, он наконец приходит в назначенное место.
И там остается стоять.
У Врат Подземного Мира…
На Валдике…
— Вот я и прошел через весь Ад. Я наполовину неуязвим. Должно быть, это перчатка Сета. Странно, что она покрывает меня лишь наполовину. Но, возможно, я больше человек, чем был он.
Смотрит на свой живот.
— А может быть, и нет. Но сила, в ней заключенная… Могущественный! Победить
тех, у кого грязные души, и потом обратить их — возможно, поэтому была она вложена в мои руки. Божествен ли Тот? Честно говоря, не знаю. Странно. Если он божествен, тогда я совершил ошибку, не доставив эту перчатку ему. Если, конечно, таковым не было его тайное желание.
Смотрит на свои обтянутые руки.
— Могущество мое сейчас безгранично. Как мне использовать его? Весь Валдик могу я переделать этим инструментом со временем. Но он послал меня со специальным поручением. И все же…
Улыбается. (Перчатка не покрывает его лица.)
— А что, если он божествен? Сыновья, которые зачинают своих отцов, вполне могут быть богами. Я вспоминаю миф о Рае. Знаю, что эта похожая на змею перчатка может указывать на Запретное.
Пожимает плечами.
— Но сколько добра можно сделать с ее помощью… Нет! Это ловушка! Скольким мирам мог бы я принести пользу… Да, я это сделаю! «И пусть разверзнется сам ад!», как говорит Брамин.
Но когда он поворачивается, его затягивает водоворот, слова застревают в горле, а тело падает в широкий, пустой, холодный колодец.
Позади него шевелятся тени, Валдик судорожно дергается и куда-то проваливается, ибо Принц отозвал его домой.
Громолазер…Но Оаким Скиталец надел свои башмаки и сейчас поднимается, стоя в воздухе и смеясь. С каждым его шагом луч лазера вырывается из храма и смешивается с раскатами грома. Стражники и молящиеся низко склоняются перед ним.
Оаким бежит по стене и останавливается на потолке.
За спиной Брамина появляется зеленая дверь.
Оаким опускается и проходит сквозь нее.
Брамин следует за ним.
— Хайль! — неуверенно восклицает один из священников.
Но пьяные от наркотиков стражники с копьями поворачиваются и протыкают его.
Когда-нибудь, много веков спустя после этого чудесного исчезновения, галактика могущественных воинов выступит в поход в поисках Святых Башмаков.
А тем временем алтарь пуст и идет вечный дождь.
Выигранный жезлНа Марачеке, в Цитадели, они стоят все вместе, думая о том, что с каждым