Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 61
его себе!
— Ты должен поднять его!
— Нет!
— Это написано, ты должен поднять его!
— Где? Когда?
— Мною. Я…
— Анубис! — кричит Оаким. — Услышь мою молитву! Я взываю к тебе во всей твоей мощи! Помоги мне здесь, где я стою в стане врагов твоих! Тот, кого я должен был уничтожить, совсем рядом! Помоги мне против него, так как я отдаю его тебе!
Брамин окружает себя, Мадрака и Генерала сложным кругом зеленого огня.
Стена за спиной Оакима медленно растворяется — и за ней Бесконечность.
С бесполезно болтающейся рукой, усмешкой на собачьей морде, Анубис смотрит вниз.
— Великолепно, слуга! — доносятся его слова. — Ты нашел его, загнал
в угол. Остается один последний удар, и твое поручение выполнено. Воспользуйся фугой!
— Нет, — говорит Принц, — он не уничтожит меня, даже с помощью фуги, пока у меня для него есть это — ты ведь узнал его, когда увидел тысячу лет назад. Его истинное имя скоро прозвучит в его ушах. Он услышит, как его произносят.
— Не слушай его, Оаким, — говорит Анубис, — убей его сейчас же!
— Господин, это верно, что он знает мое настоящее имя? Старое имя?
— Он лжет! Убей его!
— Я не лгу. Подними жезл, и ты узнаешь всю правду.
— Не дотрагивайся до него! Это ловушка! Ты погибнешь!
— Неужели я стал бы делать столько всего только для того, чтобы убить тебя, Оаким? Кто бы из нас двоих не погиб от рук другого, выиграет только собака. Он знает это и послал тебя на выполнение чудовищного поступка. Посмотри, как он смеется!
— Потому что я ВЫИГРАЛ, Тот! Он убьет тебя сейчас!
Оаким приближается к Принцу, потом останавливается и поднимает жезл.
И тогда он закричал, и от его крика даже Анубис вздрагивает и отступает назад.
Затем крик его переходит в смех.
Он поднимает жезл.
— Молчать, собака! Ты использовал меня! О, как ты меня использовал! Ты обрек меня на тысячелетие смерти, чтобы я убил своего сына и своего отца, не задумываясь. Но сейчас ты видишь перед собой Сета Разрушителя, и дни твои сочтены!
Глаза его сверкают сквозь перчатку, которая теперь уже покрывает все его тело, и он стоит в воздухе над полом. Голубые лучи выплывают из жезла, который он держит, но Анубис уже исчезает, растворяется, сделав быстрый жест и издав еле слышный вой.
— Сын мой, — говорит Сет, дотрагиваясь до плеча Тота.
— Сын мой, — говорит Принц, наклонив голову.
Позади них падают искры зеленого пламени.
А где-то темная вещь кричит и плачет, окруженная светом в ночи.
СловаМежду мною и тобой
слова,
как раствор,
разделяют и связывают
те части, которые нас составляют.
Связать их,
отбросить их тень на страницу,
все равно что связать наши общие
страсти,
пониманье тебя и меня,
одинаковость нашу под кожей,
это выше высоких молитв
в нас с тобой бесконечность творит.
Потому что коль завтра приходит сегодня,
если это не капля,
то это — вечность,
сверкающая на кончике моего пера,
когда чернила наших голосов
нас окружают, словно ночь,
когда раствор меня с тобою ограничил.
— Что все это значит? — спрашивает Лорд Юскиг Рыжий, который во главе своих двадцати людей совершает налет на владения своего соседа Дилвита из Лигламенти.
Его лейтенант наклоняется в тумане к камню, на котором