Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 902
— Ему было приказано только остановить вас. Лишить вас возможности помешать нам уничтожить этого веганца.
— Ну, разве так… но все равно. Идите своим путем, и я вас позабуду.
— Нет! Вы должны нам помочь! Что для Карагиозиса жизнь одного веганца?
— Я не допущу его гибели без определенной на то причины. А пока вы мне так ничего и не сказали.
— Но я больше ничего не знаю.
— Тогда спокойной ночи.
— Нет! У вас два профиля. Справа — вы полубог, слева — вы демон. Один из них должен помочь мне. И мне все равно, кто из них.
— Даже не пытайтесь причинить вред веганцу. Мы будем защищать его…
Вот так мы сидели и разговаривали. Она взяла предложенную сигарету и закурила.
— Ненавидеть вас, должно быть, очень легко, — сказала она немного погодя, — но я не могу.
Я промолчал.
— Я много раз видела вас, как вы ковыляли в своей черной форме. Такой самоустраненный, высокомерный и гордый своей великолепной силой. Вы бы, наверное, раздавили все, что только движется, не так ли?
— Только не красных муравьев и шмелей.
— У вас есть какой-нибудь коварный план, о котором нам ничего не известно? Расскажите нам, и мы будем помогать вам в его осуществлении.
— Это ваше предположение, заметьте, что я Карагиозис. Я уже объяснил, почему Хасан окликнул меня этим именем. Фил был знаком с Карагиозисом, а Фила вы хорошо знаете. Он вам когда-нибудь говорил о том, что я…
— Вы же знаете, что нет, — перебила она меня. — Он ведь ваш друг и никогда не предаст вас.
— У меня тогда к вам всего один вопрос. Есть ли у вас еще какие-нибудь указания на мою тождественность, кроме этого случайного оклика Хасана?
— Записей с описанием Карагиозиса не существует. Вы постарались, чтобы их не было.
— Значит, все в порядке. Ступайте и не беспокойтесь.
— Нет!
— Хасан пытался меня убить!
— Да. Он, должно быть, решил, что вас легче убить, чем держать в стороне. Ведь он все-таки знает о вас значительно больше, чем мы все.
— Тогда почему же он спас меня от боадила? Спас вместе с Миштиго?
— Мне бы
не хотелось об этом говорить.
— Тогда давайте закончим разговор.
— Нет! Я вот что вам скажу. Ассегай был единственным оружием, оказавшимся у него под рукой. И он еще не очень-то искусно владеет им. Должна вам сказать, что он не намеревался поразить боадила.
— Да?
— Он и не целился в него или в вас. Тварь слишком уж корчилась. Он хотел убить веганца, а потом просто бы сказал, что пытался спасти вас обоих, а под рукой ничего не оказалось и что это не что иное, как несчастный случай. К сожалению, этого ужасного несчастья не случилось. Он промахнулся.
— Почему же он просто не позволил боадилу удавить веганца?
— Потому, что вы так отчаянно боролись с этой тварью, что он совсем испугался того, что вы, возможно, спасете его. Он ничего так не боится, как ваших рук.
— Очень приятно сознавать это. Он не прекратит свои попытки, даже если я откажусь сотрудничать?
— Боюсь, что это так.
— Это очень плохо, моя дорогая, потому что я не допущу этого.
— Вы его не остановите, и мы не отзовем его. Даже несмотря на то, что вы —