Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 944
остался в живых. Ведь его свободно могли слопать и куреты, и боадил, и черт знает кто еще!
— Ну, что ж, хорошо. Тогда пусть себе бежит. Пусть он передаст им плохой отчет.
— А этого он не может допустить. Если они на самом деле хотят возвратиться к покупке, они не станут раскошеливаться на основании обрывочных данных. Они просто пришлют еще кого-нибудь посмелее, чтобы завершить дело. Если мы убьем Миштиго, они поймут, что мы сейчас представляем реальную силу. Что будем делать попытки бороться против всякого…
— Но он не боится за свою жизнь, — задумчиво произнес я.
— Не боится? Тогда как же это все объяснить?
— Не знаю… Я, однако, обязан все это скорейшим образом выяснить.
— Как?
— А что, если я спрошу у него?
— Ты псих! — сказала она и отвернулась от меня. Она стояла неподвижно, как статуя. Потом я взял ее за плечи и поцеловал в шею.
— Иди домой, — наконец вымолвила она. — Уже поздно.
Я вернулся в просторный дом Ясона Коронеса, где расположились я и Миштиго. И где провел свою последнюю ночь Фил. В комнате, где он не проснулся, томик «Прометея» все еще лежал на письменном столе рядом с пустой бутылкой. У меня, пока он еще был жив, было неотступное ощущение, что он что-то недоговаривает.
Поэтому я открыл книгу.
Его последнее произведение было написано на чистых листах в конце книги, по-гречески, но не на современном греческом, а на старом, классическом.
Вот оно:
«Дорогой друг! Я плохо себя чувствую, и Джордж хочет переправить меня в Афины. Я не возражаю и отправлюсь туда уже завтра, когда прибудет скиммер. Поэтому сейчас я должен прояснить многое, касающееся наших насущных дел.
Веганец должен покинуть Землю во что бы то ни стало живым — живым любой ценой. Это очень важно. Я боялся вам рассказывать об этом раньше, так как опасался того, что Миштиго мог оказаться телепатом.
Поэтому я присоединился к вам позже, в Греции, хотя с радостью посетил бы и Египет. Именно поэтому я притворился, что ненавижу его, чтобы быть от него как можно дальше, и только после
того, как я получил неопровержимые доказательства того, что он не телепат, я решил присоединиться к вам.
Я подозревал, что раз здесь оказался Дос Сантос, Диана и Хасан, значит, Рэдпол жаждет его крови. Если бы он был телепатом, полагал я, то он бы об этом быстро узнал и сам предпринял необходимые меры предосторожности. Если же он не телепат, то я всецело полагался на ваши способности защитить его от чего угодно, включая и Хасана. Но мне не хотелось, чтобы он узнал о том, что мне известно. Однако я пытался предупредить вас, если помните. Татрам Миштиго, его дети — одни из прекраснейших, наиболее благородных разумных обитателей Вселенной, когда-либо в ней живших.
Он философ, великий писатель, бескорыстный служитель общества. Я познакомился с ним во времена моего пребывания на Таллере тридцать с лишним лет назад, и впоследствии мы были с ним большими друзьями.
Мы поддерживали переписку друг с другом до тех пор, пока он сам не приехал на Землю, и еще тогда он делился со мной намерениями Федерации Веги относительно будущего Земли. Я поклялся, что буду держать все в