Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 957
искусственный загар, она мне напоминала прекрасно выполненную живую куклу с неисправным механизмом.
У нее были пышные, очень пышные красно-каштановые волосы, завязанные в такой гордиев узел, что казалось невозможным его развязать. Цвет ее глаз было трудно определить. Все зависело от ее мимолетного каприза, но все же они были глубоко-глубоко синими. Что бы она ни одевала, одежда ее была всегда коричневой и зеленой. Этой одежды было столько, что казалось, ее можно завернуть в нее с ног до головы, отчего эта женщина казалась каким-то бесформенным растением.
Это было ее странной прихотью, если только она не стремилась скрыть свою беременность, в чем я, правда, очень сомневался.
— На Цейлоне я был совсем недолго. Большую часть времени я провел на Средиземноморье.
Внутри раздались аплодисменты. Я был рад, что меня там не было.
Актеры только что закончили «Маску Деметры» Гребера, сочиненную им в честь наших гостей с Веги. Пьеса продолжалась два часа: нудная и плохая. К тому же написана она была пятистопным ямбом.
Гребер писал длинные, пронизанные метафизикой поэмы. Он много рассуждал о просвещении и ежедневно выполнял на пляже упражнения для дыхания. Во всем же остальном он был вполне пристойным человеком.
Аплодисменты утихли, послышалась негромкая музыка, как будто играли стеклянные бубенцы, и стал слышен тихий говор.
Эллен облокотилась о перила.
— Я слышала, что вы женились.
— Да, — кивнул я. — А зачем меня позвали сюда?
— Спросите у своего босса.
— Я спрашивал. Он сказал, что мне предоставляется роль гида. Но я хотел узнать: почему? Мне нужна истинная причина. Я все время думаю об этом, но тем не менее причина этого становится для меня все более загадочной.
— Но откуда же мне знать истинную причину?
— Вам известно все.
— Вы переоцениваете меня, дорогой. А как она из себя?
Я пожал плечами:
— Похожа на наяду.
— А на кого похожа я? — спросила с усмешкой Эллен.
— Я бы не стал говорить кому-либо, на кого вы похожи.
— Я оскорблена. Я просто должна быть на кого-то похожа, так как в противном случае…
— Да, именно так. Вы — уникальны!
— Тогда почему же в прошлом году вы не забрали меня с собой?
— Потому что вы любите быть на людях. Требуется, чтобы весь город был перед вами. Вы могли бы быть счастливы только здесь, в Порт-о-Пренсе.
— Но я несчастна здесь!
— Но вы здесь менее несчастны, чем были бы в любом другом месте на этой планете.
— Мы могли бы попытаться, — сказала она и повернулась ко мне спиной, чтобы взглянуть на огни в районе гавани. — Вы знаете, — продолжала она, немного погодя, — вы настолько дьявольски уродливы, что поэтому даже и привлекательны…
Я замер рядом с ней, в нескольких сантиметрах от ее плеча.
— Поймите, — продолжала она ровным голосом, — вы — кошмар, который шествует как человек.
Я опустил руку и слегка кивнул:
— Я знаю об этом. Приятных сновидений.
Я уже повернулся, но она удержала меня за рукав:
— Подождите.
Я посмотрел на ее руку, перевел взгляд на ее глаза, затем опять на руку. Она отпустила рукав.
— Вы же знаете, что я никогда не говорю правду, — начала она. — И я подумала кое о чем, что вам следовало бы знать в отношении этой поездки. Здесь Дональд Дос Сантос, и