Создания света, создания тьмы. Остров мертвых. Этот бессмертный стр. 978
сам.
Далеко внизу серо-голубой ковер океана казался темно-бурой землей материка, а вскоре он и на самом деле кончился. Мы приближались к Новому Каиру.
Посадка была произведена за пределами города. По сути дела здесь не было взлетно-посадочной полосы. Мы просто опустились на шести скиммерах на свободную площадку и оставили Джорджа в качестве часового.
В Старом Каире уровень радиации все еще был высок, поэтому люди, с которыми приходилось иметь дело, живут главным образом в Новом Каире. Это облегчало проведение экскурсии.
Миштиго хотел посмотреть мечеть Конг-бай в Городе Мертвых, уцелевшую после Трех Дней. Он настоял на том, чтобы я пустил его в свой скиммер, и мы сделали несколько кругов на небольшой высоте.
Миштиго при этом делал фотоснимки и любовался видами развалин. Что касается памятников, то ему хотелось осмотреть пирамиды
Лукеса и Карнаки в Долине Царей и Цариц.
К нашему счастью, мы осмотрели мечеть только с воздуха. Внизу под нами сновали какие-то быстрые темные тени, останавливаясь только для того, чтобы швырнуть камни в наши аппараты.
— Кто это? — поинтересовался Миштиго.
— Пораженные радиацией, — ответил я. — Люди-мутанты. Они очень различаются размерами, формами и степенью умственной и моральной деградации.
После нескольких кругов он удовлетворенно улыбнулся, и мы вернулись в лагерь. Отсюда мы двинулись по разбитой дороге: два временных помощника, я, Миштиго, Дос Сантос, Красный Парик, Эллен и Хасан.
Постепенно дорога становилась шире. То тут, то там стали попадаться пальмы, дававшие некоторую тень. Коричневые дети с огромными глазами смотрели нам вслед. Они присматривали за шестиногой коровой, которая, как и тысячу лет назад, подобно всем этим существам, вертела водоподъемное колесо, причем единственным отличием при этом было то, что она оставляла на песке не четыре, а шесть отпечатков копыт.
Мой уполномоченный в этой местности Рамзес Смит встретил нас на постоялом дворе. Его загорелое лицо было покрыто густой сетью морщин. У него были типичные для этих людей печальные глаза, однако он время от времени весело смеялся, что несколько скрашивало общее грустное впечатление, которое он производил.
Мы сидели, потягивая пиво в главной комнате двора, дожидаясь Джорджа. Местные часовые должны были сменить его у скиммеров.
— Работа продвигается довольно быстро, — сообщил мне Рамзее.
— Хорошо, — кивнул я, весьма довольный тем, что никто не спрашивал меня, в чем, собственно, состоит эта «работа». Мне хотелось уловить удивление на лицах присутствующих.
— Как поживают ваши жена и дети? — спросил я у управляющего.
— Спасибо. Вполне прилично.
— А новорожденный?
— Он выжил, и без каких-либо дефектов, — с гордостью сказал Рамзее Смит. — Я отправил свою жену на Корсику на время ее беременности. Вот это фото.
Я сделал вид, что внимательно изучаю карточку, издавая при этом одобрительные, как и положено, междометия.
— Если уж мы заговорили о снимках, — начал я, — то не нуждаетесь ли вы в дополнительном оборудовании?
— Нет, нет. У нас хорошая аппаратура. Все идет как по маслу. Когда вы хотели бы посмотреть работу?
— Сразу же после того, как что-нибудь перекусим.
— Вы — мусульманин? — вмешался в разговор Миштиго.
— Я испанской веры, — серьезно ответил Рамзес.
— В самом деле? Это ведь та самая метафизическая ересь, которая отрицает тройственную природу Христа?
— Мы не считаем себя еретиками!
Я сидел, размышляя о том, насколько правы были мы, греки, выпустив на