Создатели стр. 18
собирался медитировать сорок девять дней. Он был полон решимости оставить это тело здесь навечно, и не планировал больше в него возвращаться.
Тело Субаху осталось сидеть в темной замурованной пещере, неподвижное и вдыхающее воздух раз в несколько минут. Но сам он ушел. К просветленным. К обретению нирваны.
Дверь открылась перед ним нежно и величественно. И сияние цели подсказало ему, что он на пути к желаемому.
Глава 3ЛексМать поднялась со стоящего у кровати сына кресла. Кардиомонитор подсказывал, что сердце бьется все чаще. Но грудь ее ребенка, до этого мерно вздымающаяся и опадающая, неожиданно замерла. Лекс перестал дышать.
Первая мысль, что пришла ей в голову, наверное, была самой глупой, которую можно придумать. «Но врач же обещал, – подумала она, – он сказал, что положение стабильно, и что Лекс может лежать в коме хоть годы».
Конечно же, врач говорил совершенно о другом. Да она и сама понимала, что глупо надеяться на какие-то обещания. В нынешнем положении сына надеяться легче было на чудо, чем на врачей. Они могли лишь поддерживать в нем жизнеспособность, да и то – сейчас под вопросом стояло и это.
В палату, словно пчела, привлеченная цветочным ароматом, влетела медсестра. Мать просто задержалась в отделении допоздна, ей позволили посидеть с сыном – это все равно ничего не меняло. В больнице сейчас оставалась только дежурная смена.
Но медсестра явно оказалась из опытных. Не задерживаясь ни на секунду, она щелкнула парой тумблеров, отключая противный писк-предупреждение, надела на лицо Лекса кислородную маску и начала готовить аппарат для искусственной вентиляции легких.
***
Лексу мешали. Этот сон оказался не таким уж и управляемым, как ему виделось сначала. Но зато чудовищно похожим на реальность. Ему нужно было подумать, хотя бы десяток секунд, а кашель не позволял ему сосредоточиться ни на мгновение.
Поэтому он перестал дышать. Сердце, пытаясь воспользоваться остатками кислорода в крови (этот сон обманул даже его собственное сердце!), застучало сильнее и чаще.
Но кто-то невидимый словно заставлял его сделать вдох и снова закашляться. Лекс держался.
Он считал, что все-таки это его сон. И каким бы неприятным он в данный момент ни был, только он может им управлять. Вода не помогла – что ж, но она появилась, как и дом, как, надо полагать, и лес.
В идеальном случае, он мог просто отказаться от дыхания. Но почему-то Лекс не сомневался, что его тело не послушается. Что-то ему подсказывало, что создавать дома в лесу значительно легче, чем заставить свои собственные легкие отказаться от воздуха, пусть даже и в призрачной реальности сна.
Лексу хватило нескольких секунд, чтобы успокоиться и начать творить. В лицо подул ветер, с отчетливым привкусом озона, хотя никакой грозой в этом осеннем лесу и не пахло. Зато ветер принес запас имбиря, свежесть и спокойствие.
Продолжая сдерживать дыхание, Лекс глотнул еще воды из стакана, который чудесным образом даже не опрокинулся и лишь после этого, выдохнул. Именно выдохнул, с силой выталкивая, выдавливая воздух из легких, сжав горло так, что остатки богатой углекислым газом субстанции выходили из его тела вместе с хрипом.
И лишь когда в его легких не осталось, наверное, даже и кубического сантиметра, он вдохнул свежий ветер. Вдохнул загадочный