Шпаргалка для невесты стр. 58
то напрасно.
— Картер, я прошу только об одном, дай мне шанс.
Он допил вино и поставил бокал на журнальный столик.
— Если хочешь рассказать о своем творчестве, я тебя выслушаю.
Что ж, это лучше, чем совсем ничего, подумала Пейдж. Разговор не клеился. Пейдж молча потягивала белое вино, и когда минут через двадцать Картер встал и собрался уходить, она тайком вздохнула с облегчением. Прощаясь, Картер не прикоснулся к матери. Оба говорили, что нужно встретиться еще, но ни один не назвал ни конкретного места, ни определенного времени. Только сев на переднее сиденье машины Картера и откинувшись на спинку, Пейдж поняла, что мышцы ее лица затекли от напряжения. Всю обратную дорогу она молчала.
Довезя Пейдж до дома, Картер затормозил и повернулся к ней.
— Спасибо, что пошла со мной. — В его бесстрастном холодноватом тоне не слышалось благодарности.
— К сожалению, я не могу тебя поколотить, когда мы сидим в машине перед домом, где я живу.
— Пейдж, ты хочешь подраться?
— Вообще-то да, хочу.
— С удовольствием выступлю в роли спарринг-партнера.
— Тогда пошли.
Пейдж сказала себе, что приглашает Картера в квартиру только затем, чтобы выпустить пар, и больше ни за чем, и уж конечно не для того, чтобы заняться с ним сексом. В напряженном молчании они поднялись по лестнице.
Пейдж бросилась в наступление, как только закрыла за собой дверь.
— Картер, у тебя было время привыкнуть к мысли, что твоя мать жива и живет в Окленде. Что ты собираешься предпринять по этому поводу?
— Моя мать умерла много лет назад.
— Глупец, у тебя появилось то, что редко кому выпадает в жизни: второй шанс! Ты не можешь просто игнорировать Шейлу.
— Спорим, что могу.
— Ты очень жесток!
— Я много лет оплакивал свою мать и вдруг она появляется, как чертик из табакерки, и хочет, чтобы я ее простил, забыл прошлое и вел себя, как подобает сыну? Полно, Пейдж, это жизнь, а не сказочка!
Но Пейдж не собиралась сдаваться без боя.
— Теперь я расскажу, какой ситуация видится мне. Тебе посчастливилось иметь такую мать, как Шейла, — талантливую, живую, страстную. Она неординарная личность.
— В этом-то и проблема, — возразил Картер. — Шестилетнему ребенку нужна обыкновенная мать, а не выдающаяся художница. Ему нужна самая обычная женщина, которая читала бы ему на ночь сказки, к которой он мог бы прийти со своими вопросами и бедами. Может, Шейла и достигла успеха как художница, но какой ценой!
Пейдж возразила, сверкая глазами:
— Ты бы предпочел иметь мать вроде моей, которая всегда на месте и постоянно контролирует каждый твой шаг? Которая так боится любых проявлений чувств, что похоронила свои, а заодно и мои? В моей матери не больше материнского, чем в Шейле, только Шейла честнее. А результат в обоих случаях одинаков, я тоже не вышла замуж, потому что боялась стать такой, как моя мать.
К собственному ужасу, Пейдж рухнула на диван и разрыдалась. Картер сел рядом и неловко обнял ее за плечи. Она стряхнула его руку.
— Убирайся, оставь меня в покое! Все мы трусы… хуже зайцев!
Картер убрал руку, но с дивана не встал.
— Я могу доказать, что ты ошибаешься. Давай рискнем. Оба рискнем.
Пейдж всхлипнула и пробормотала:
— Даже не думай о спальне!
— Я не