Спекулянтъ стр. 10
вперед-влево (привычный?!.. а как же мышечная память?!), скрутить корпус, пропустить удар над правым плечом и, раскручиваясь обратным движением, два коротких боковых слева - в печень и челюсть. Любимый удар Тайсона. Уход с нырком от правого нападающего и - на выходе - с правой вразрез. Последнему из нападавших хватило лоу-кика в неосторожно выставленную ногу.
- Как вы их, Денис Иванович! - захлебнулся от восторга Федька, глядя на стонущих, на пыльной мостовой, парней. - Научите меня?
Денис подошел поближе к девушкам, смотревшим на него испугом, сквозь который, впрочем, пробивалось и восхищение. Изяществу церемонного полупоклона мог бы позавидовать и опытный царедворец.
- Прошу простить меня, милые дамы, за столь безобразное зрелище, но не я явился тому причиной.
От черных, восхитительных глаз не хотелось отрываться - молодой организм дарил давно забытые ощущения. Весьма приятные, надо заметить. Этот мир нравился ему все больше и больше.
- Юлия Рябушинская, - мило улыбнулась юная красавица и протянула руку.
Целовать или жать? Память неуклюже поворочалась и выдала ответ: при первом знакомстве должно ограничиваться легким пожатием пальцев - барышни девятнадцатого столетия имеют склонность немедленно падать в обморок при малейшем нарушении этикета. Тонкие пальчики нервно вздрагивали в его руке, и едва ощутимо прикоснулся губами к запястью. Нежный аромат фиалок, исходивший от атласной кожи, заставил учащенно забиться сердце. Обморок не последовал.
- Наталья Свиридова, - жеманно произнесла вторая девушка и слегка поморщилась от крепкого мужского рукопожатия.
- Денис...
Он на мгновенье замешкался - новую фамилию ему сообщить никто не удосужился.
- Черниковы мы, - пришелся на выручку Федька. - Иван Кузьмич, купец известный, их батюшка будет.
Внезапно накатила слабость: перед глазами поплыли радужные круги и заломило в висках тоскливой болью.
- Прошу простить меня, милые прелестницы, - с трудом улыбнулся Денис, заметив вспыхнувшие щеки Юлии. - Но, к моему великому огорчению, вынужден вас покинуть.
- Заходите в гости, непременно!
Юные барышни, ответив хором, весело переглянулись и вновь зашлись в радостном смехе.
ГЛАВА ТРЕТЬЯМосква. 15 апреля. 2009 год."Вниманию жителей столицы! Гидрометцентр объявил о штормовом предупреждении. Рекомендуется не покидать без особой необходимости...".
Домой добрался практически без сил. Лоб покрыла испарина, руки и ноги сделались ватными. Правильно нянька говорила - рано поднялся с постели. Остановился на минуту, сделал несколько глубоких протяжных вдохов, чередуемых резкими выдохами. Вроде бы, стало чуточку лучше.
В доме было подозрительно тихо. И не души. Федька отстал еще во дворе, сославшись на какие-то дела. Денис заглянул в приоткрытую дверь столовой.
Мрачный Иван Кузьмич сидел перед полупустым графином с вишневой наливкой и, едва взглянув на сына, обреченно произнес:
- Разорили меня, сынок. Полностью разорили.
- Что случилось, батя?
- Морды жидовские объегорили, как последнего несмышленыша. Ненавижу!
Купец грохнул кулаком по столу. Хрустальная посудина жалобно тренькнула, выплеснув наливку на белую скатерть.
- Дом заложил в пятнадцать тысяч, три лавки на Торговых рядах - в десять, маслобойню - в двадцать пять тыщ. Все нечистому под хвост пошло!
Черников взял графин, смотревшийся в его огромной ладони наперстком, и наполнил фужер. Подержал его в руке, раздумывая о чем-то, и вновь поставил на стол.
- Как