Шпион судьбу не выбирает стр. 323
родителям Раисы Максимовны отправиться куда-нибудь в поездку, генерал тут же формирует оперативную группу для их сопровождения и охраны, будто они — члены Политбюро! Деньги на командировку для этой группы он берет, разумеется, не из своего кармана — из государственной казны… Но при этом он выступает в роли радетеля экономии государственных средств!
Однажды узнав, что я, старший опер, получаю такую же надбавку за применение в работе трех известных мне иностранных языков, как он за один немецкий, как тут же дал указание устроить мне экзамены с пристрастием, чтобы, значит, выяснить — не задарма ли мне деньги платят! Не мелко ли плавает такой начальник управления? Вам, Леонтий Алексеевич, возможно, трудно в это поверить, но это — так!..
Тот факт, что он несколько лет был начальником Особого отдела в одном из наших гарнизонов в ГДР и научился отличать «гутен морген!» от «гутен таг!», еще не свидетельство того, что он в должной мере владеет немецким языком… Я, будь моя воля, проверил бы по полной программе его знание немецкого языка. И не в Краснодаре, нет — здесь в Москве, у неподкупных преподавателей Высшей школы КГБ, где сдаю экзамены я. Но сие — невозможно по причине его чрезвычайной занятости. Из-за этого экзаменатора выписывают из Москвы в Краснодар, где ему вручается взятка, от которой невозможно отказаться. Нет, не деньгами. Взятка в виде… книг… Целые коробы книг! Что нынче в дефиците? Правильно, кроме прочего, — хорошие книги.
— Примеры?
За примерами далеко ходить не надо. Полгода назад горе-опер по фамилии Солодухин, сынок второго секретаря Краснодарского крайкома партии (да-да, того самого, который приходится тестем Срывкину), возжелал попасть в разведывательное подразделение, а там требовалось знание английского языка. Прямо скажу, познания Солодухина в английском — на нулевом уровне. Кроме слов «Beatles» и «Rolling Stones», сынок не знал ничего . А тут препятствие — столичный экзаменатор. Известную поговорку о Магомете и горе сегодня трактуют так: «если гора не идет к Магомету, значит, Моисей дал больше». Поговорка подсказала выход — надо дать! И дали, ведь отпрыск партийного бонзы так хотел попасть в разведку — ну, почему ж не потрафить отпрыску второго секретаря?
Прямо у трапа московского самолета Солодухин вручил экзаменатору пару коробок с книгами. Пояснил:
«Вы, Мариванна, потом разберетесь в содержимом коробок. Вы только не подумайте, что мы вас втягиваем во что-то недозволенное! Просто Краснодарское книжное издательство перевыполнило план, а излишки продукции не находят реализации на местном рынке. Ну, забитый у нас народец, в земле привык ковыряться, чтоб потом на колхозном рынке сбыть плоды своего труда и копеечку заработать. А читать — ничего не читает, отсюда и излишки. Ну, не пропадать же хорошим книгам?!»
А среди «излишков» экзаменатор, прибыв в гостиницу, обнаружила то, что в Москве на «черном рынке» стоит бешеных денег: коллекционное издание наших классиков, собрание сочинений Валентина Пикуля, Юлиана Семенова, Агаты Кристи, сборники детективов иностранных авторов… Схема, по которой Солодухин вручил экзаменатору взятку, — коробки с книгами — была им заимствована у генерала Василенко…
Кстати, Василенко, увлекшись заботой о семье родственников Горбачева, даже работу над своими книгами забросил…
— Что значит «своими книгами»? Он что — вторым Цвигуном захотел стать?
— Да, графоманствует генерал Василенко… То ли