Шпион судьбу не выбирает стр. 371
на улице, я уж не говорю о пляжах, вы можете подойти к любой женщине, девушке ли и без обиняков сказать ей, что очарованы ее попой. Где-нибудь в другом месте вы рискуете схлопотать за такую бестактность по физиономии, но только не в Рио. Здесь ваши слова расценят как комплимент и вам обязательно скажут: «Спасибо, сеньор!» И все это вполне естественно, даже без намека на продолжение или развитие знакомства… Стоп! Боюсь, что мы заболтались, и нам пора!
Густав взглянул на часы и поднялся из-за стола. Константин молча последовал за оператором.
Когда они вышли из бара на улицу, было уже совсем темно. Густав свернул за угол и буквально растворился в чернильной темноте переулка. Огни большой улицы остались позади. Константин ступал очень осторожно, чтобы обо что-нибудь не споткнуться, прислушиваясь к звуку шагов впереди идущего иностранца.
Вдруг ему показалось, что он с хрустом разгребает ногами ворох листьев. У него было ощущение, будто он бредет по осеннему подмосковному лесу, а под ногами пружинят кипы опавшей листвы.
«Что за чертовщина! — подумал Костя. — Вокруг ни одного дерева, откуда же здесь столько листьев?» — он чиркнул зажигалкой. — «Бог мой!»
Башмаки утопали в ворохе использованных презервативов. Толщина покрова — не менее 10–15 сантиметров.
— Не удивляйтесь, дружище, — подал голос Густав, — неуемные кариоки, выйдя из бара и усевшись в машину, сразу приступают к любовному акту. А презервативы выбрасывают в окно. Судя по тому, сколько их здесь накопилось, можно с уверенностью сказать, что дворники не убирали здесь пару-тройку дней…
— Пару-тройку?! — вскричал Костя.
— Не более, — тоном знатока ответил Густав, — если бы не убирали неделю, здесь и на танке невозможно было бы проехать…
— А куда, кстати, мы направляемся?
— В конце переулка нас ждет мой шеф. Он и отвезет нас в казино. Вы прошлый раз что-то говорили о картах. Преферанс я вам не обещаю — игра в здешних краях редкая, но покер, баккару, «black Jack» — гарантирую…
— Ну, тогда уж лучше рулетка… — задумчиво произнес Вишня.
— Тоже неплохая идея! — одобрительно откликнулся американец, — тем более что деньги у вас есть… Теперь есть!
* * *…За рулем «мерседеса» их поджидал Шеф.
Шпионаж накладывает отпечаток на внешний облик людей, активно им занимающихся. Рожа становится непроницаемой, как у бегемота, глаза бегают, ищут опасность. В походке, как и в речи, появляется вкрадчивость и обтекаемость, как у обмылка…
По-русски Шеф не говорил, а может, просто притворялся, поэтому Константину представился случай блеснуть своим беглым английским и оксфордским произношением, обрушив на нового знакомого слова приветствия.
В знак одобрения он что-то буркнул невнятное и неторопливо выпростал свое грузное тело с переднего сиденья, всем своим видом показывая, кто должен выступить в роли шофера.
Густав беззвучно занял место у руля. Поехали.
Константин ожидал, что сейчас на него обрушится шквал похвал, вопросов, советов или предостережений. Ничего подобного! Ехали в полном безмолвии. Единственная фраза, которой Шеф удостоил агента, были слова:
— Значит, вы у нас азартный молодой человек?
Константин всегда с легкостью настраивался на волну собеседника. Поняв, что этот флегма Шеф терпеть не может людей, которые мельтешат и рассыпаются бисером по любому поводу, Вишня в тон вопроса односложно ответил:
— Да, немножко…
Эта фраза, как оказалось,
раззадорила толстяка.
— Шпионаж — это,