Справедливость для всех, т.I "Восемь самураев" стр. 2
аусф Ферна, чья биография достаточно хорошо изучена и описана, остальные возникли, будто из ниоткуда. Люди без истории, без прошлого. Они просто явились из небытия, придя вместе с юным Артиго Готдуа к вратам Дре-Фейхана, чтобы дальше не разлучаться с ним до страшного финала этой повести.
Вы можете возразить, что наоборот, история каждого разрушителя описана в сотнях, тысячах книг, от серьезных монографий до легковесных произведений романтического характера. Не говоря уж о, прости господи, куда более… скажем так, фривольных проявлениях визуального искусства. Я же отвечу простым вопросом, который уместится в два слова: первоисточники, господа?
Война Гнева и Голода, а также сопутствующие и последующие события крайне жестоко обошлись с культурным наследием Империи, и ущерб, нанесенный письменной истории ужасами войны, чумы и голода, не поддается исчислению. Если последовательно отбросить вторичные, третичные материалы, представляющие из себя пересказы пересказов той или иной степени фантастичности, останется простой и незамысловатый итог: из упомянутых тысяч источников лишь сорок девять могут считаться относительно достоверными, вышедшими из-под пера непосредственных очевидцев или, по крайней мере, современников описываемых событий. Дальше отсеем явно тенденциозные или написанные по слишком уж откровенному заказу произведения, проведем перекрестные сравнения достоверности, в итоге останется лишь пятнадцать хроник, о которых можно сказать, что они более-менее точно описывают некие исторические события. С поправкой на субъективную позицию авторов, разумеется.
Поэтому я со всей очевидностью повторю: увы, по большому счету мы не знаем и вряд ли когда-нибудь узнаем истину. Исследователям остается лишь угадывать по разрозненным свидетельствам, буквально читать по теням на стене, кем — и какими! — были на самом деле Раньян Хранитель, Поэт Ненависти, Витора «Сирота», Железный Хромец и другие.
Однако даже на фоне тайны, обернутой в неведение, остается великой загадкой персона Хелинды су Готдуа, Красной Королевы. Эта удивительная женщина — Могильщица рыцарей, Проклятая Хель, Дьявольская Тварь, Прислужница Ювелира, Шлюха дьявола… Из всех сподвижников Артиго Великая Герцогиня Севера — самый противоречивый и неоднозначный персонаж, который отличается радикально в произведениях «высокой» и «низкой» литературы.
Так сказать, «официальные» источники, а также заметки и мемуары людей образованных, в особенности церковных летописцев с удивительным единением живописуют не человека, а потустороннюю жуть, то есть личность, которая полностью лишена сколь-нибудь положительных черт. Хелинда предстает как воплощение абсолютного Зла, правая рука Темного Ювелира. Королева безумно, нечеловечески жестока, она истребляет всех, кто хоть в малости противостоит Черному Знамени (а со временем женщина окончательно сходит с ума, предаваясь вовсе уж хаотичным убийствам). Она творит бесчинства, выстраивая длинную цепь коварных деяний и черных предательств, развращает нравственно (и не только) юного, изначально чистого душой Артиго, отравляет разум юноши странными, неслыханными доселе сказаниями. Хель создает идеи и вещи, которые прельщают, кажутся полезными, на самом же деле греховны, улавливают души в тенета дьявола. Она избегает единоличного руководства полками нового строя, однако, проводя страшные ритуалы с человеческими жертвоприношениями, жалует легионам Артиго неуязвимость, поднимая мертвых солдат, даруя им возможность биться вновь. И так далее, и так далее… Темное могущество этого демонического создания настолько велико, что Хель даже меняет язык аборигенов, вводя новые описания невиданных явлений, дабы умножить всевозможные аспекты понимания греха.
Строки летописей являют нам отголоски искреннего ужаса их авторов перед тем, кто наделен невероятной, очевидно сверхъестественной силой