Среди эльфов и троллей стр. 44
руки.
— Ах, отдай мне обратно мои слёзы, и я никогда больше тебя не побеспокою, — попросила она, — отдай мои слёзы, чтобы я могла хотя бы плакать над моим умирающим сыном!
Теперь Эстелла думала, что самое прекрасное, что есть на свете, — слёзы.
— Я не могу вернуть тебе способность плакать, — заявила старуха. — Но если кто-то заплачет тогда, когда ты смеёшься, — ты исцелишься.
«Нет, никто не сможет заплакать, когда я смеюсь!» — подумала бедная королева и, обезумев от горя, расхохоталась ещё громче. Старая ведьма зажала руками уши, но Эстелла никак не могла успокоиться. Она смеялась, смеялась… И наконец затихла.
— Я уйду, если ты поможешь мне увидеть моё дитя, — сказала она ведьме.
У той так разболелись уши, что она согласилась бы с чем угодно, лишь бы не слышать этого смеха.
— Я одолжу тебе своё платье, — сказала старуха и полезла в нору.
Вскоре она вытащила тёмно-серую тряпку и кинула её Эстелле.
— Надень, — сказала ведьма, — в этом наряде ты будешь невидима. Постучи в двери дворца, и когда их откроют, просто проскользни внутрь. Но помни, ты не должна смеяться, иначе наряд сам собой спадёт с твоих плеч.
— Я постараюсь, — сказала молодая королева и побежала во дворец.
Она боялась не застать сына живым.
Во дворце Эстелла пробралась в комнату
принца, и никто не заметил её. Ребёнок неподвижно лежал на позолоченной кроватке, а рядом сидел король. Государь прогнал врачей и сиделок, потому что хотел один побыть рядом с сыном. Но горе сломило его, он опустил голову на подушку и задремал.
Эстелла нагнулась над малышом и прошептала его имя, но мальчик не ответил. Она погладила его щёчку, но ребёнок не подавал никаких признаков жизни. Она приложила ухо к его груди и не услышала биения сердца.
Королева подумала, что сын умер, и забыла обо всём. Она смеялась и даже не понимала этого. Платье ведьмы слетело с её плеч, но она не заметила. От громкого смеха король проснулся и с яростью посмотрел на жену. Но вдруг король заметил, что губы Эстеллы дрожат, руки ходят ходуном, и понял, какую страшную боль она испытывает.
— Эстелла, — тихо позвал он жену.
Она вскрикнула и бросилась бежать, но тут же остановилась и медленно повернулась к мужу. В глазах короля стояли слёзы.
— Прости меня, — сказал он и взял Эстеллу за руку.
И в следующий миг королева бросилась к нему на грудь. А затем нить ожерелья порвалась, и прекрасные жемчужины осыпались дождём прямо на лицо принца, превратившись в слёзы. Мальчик открыл глаза и увидел мать. Он протянул к ней руки и вскочил с кровати.
И молодая королева улыбнулась, обняла сына и заплакала от радости. Теперь она умела плакать и от горя, и от счастья. Она не тосковала по своему жемчужному смеху, потому что знала: лучше уметь плакать, чем смеяться.
О мальчике, победившем троллей
В одной далёкой стране скончалась добрая королева. Её супруг и дочь долго горевали, и весь народ надел траур. Но прошло некоторое время, и король женился во второй раз. Поговаривали, что новая королева — ведьма, но вслух об этом сказать боялись. Дела в стране шли всё хуже и хуже, народ стал голодать, а тут и принцесса пропала: она