Сталь разящая стр. 58
сойдет с ума в течение суток?.. – Влад со вздохом протянул руку к хворостине потоньше и одним резким движением сломал ее в кулаке. Дик моргнул и уставился на руку Влада. А тот продолжал, не замечая: – Дик, дружище! Ты пойми, у них генетический страх перед металлом! Вообще перед техникой! Уж я-то знаю…
Дик наконец хмыкнул и отвел взгляд от пятерни Влада.
– Что ты предлагаешь?
– Раз она со мной лететь не может… – Влад помолчал, решаясь, и закончил несколько сдавленно: – Значит, я остаюсь здесь.
Он ссутулился и принялся без нужды ворошить костерок хворостиной. Дик деликатно кашлянул и надолго опустил голову.
– Боюсь, что тебя не поймут, – осторожно проговорил он. – А мне не поверят. Кроме того, не забывай, что срок контракта еще не истек. Старик может просто приказать тебе и…
– Не может, – оборвал Влад. – Я вычеркнут из списков. Я погиб, сталь меня порази!
– Что-что? – не понял Дик.
– Местная божба… – хмуро пояснил Влад.
– Я смотрю, ты неплохо овладел языком, – задумчиво заметил Дик.
– Попробовал бы я им не овладеть!..
Они замолчали. Огонь прилежно обгладывал хворост. Чага еще раз сменила прут и перевернула тушку.
– Из списков ты не вычеркнут, – сказал Дик. – Полной уверенности в том, что ты погиб, не было. Свистопляска в эфире, конечно, творилась адская, но
тем не менее какую-то абракадабру принять удалось. Уже после катапультирования…
Влад вскинул голову.
– Смотри-ка! – подивился он. – Значит, что-то все-таки передать успел?..
– Успел, – согласился Дик. – Но я сейчас вот чего боюсь… Что ты попросишь умолчать по-дружески о нашей встрече. На это я, сам понимаешь, пойти не могу.
– Я понимаю… – тихо сказал Влад.
«Бог из машины» качнулся к Владу и ободряюще потрепал по плечу.
– Влад, пойми, в любом случае ты должен предстать перед стариком и отчитаться. Дальше ты можешь подать в отставку, объявить себя непригодным по состоянию здоровья… Тем более, что при посадке тебя, я думаю, тряхнуло крепко…
– Я ее здесь на сутки боюсь оставлять, – буркнул Влад.
Дик с любопытством посмотрел на Чагу.
– Я бы не сказал, что она производит впечатление беспомощной девочки. Чего ты, собственно, боишься? Здесь опасные места?
– Да нет, – сказал Влад. – Места здесь относительно спокойные. После моей так называемой посадки боеспособного металла осталось немного…
– Ее могут обидеть туземцы?
– Нет, – сказал Влад. – Туземцы ее боятся.
– Из-за тебя?
– Да.
– Ах вот оно что, – пробормотал Дик. – Понимаю. И все-таки попробуй ей объяснить!
– Я попробую… – без особой надежды в голосе отозвался Влад.
…Пронзенная очередным прутом тушка остывала в сторонке, испуская аппетитнейшие запахи. Дик, страдальчески заломив брови, повел носом, но разделить трапезу отказался. Ломать рацион было рискованно, и Владу пришлось долго растолковывать Чаге, в чем дело. Дик с интересом вслушивался в гортанные звуки чужого языка.
– Ты хоть словарик составил?
– В трех томах! – огрызнулся Влад. – Когда мне было этим заниматься?.. Записи я, конечно, вел, но у меня там все скопом: и язык, и металл… Словом, мешанина…
– Записи? – встрепенулся Дик. – На английском?
– На всяком…
– А не разрешишь полистать, пока вы подкрепляетесь?
– Пожалуйста… – Влад вынул из наременного мешочка блокнот и протянул его Дику, а сам принял из рук Чаги половину пахнущей дымом тушки. Взглянул виновато на Чагу и поразился: впервые за последнее время лицо ее было спокойным