Старьевщица стр. 301
который она готова купить?
— А ты и впрямь, оказывается, парень неглупый, — вскинула бровь Старьевщица. — Ну что ж, отвечу начистоту. Ты прав. Есть товар, который интересует меня не меньше, а даже больше, чем приятные воспоминания.
— И что же это? — нетерпеливо выдохнул Костя.
— А сам не догадываешься? — хохотнула она. — Я же Старьевщица! И, стало быть, этот товар — некие старые вещи. Но, конечно, не все подряд. Мне нужны только некоторые, особенные. И кое к каким из них ты имеешь самое прямое отношение.
Она проигнорировала Костин недоуменный взгляд и продолжила:
— Помнишь ли ты, как много лет назад вы с приятелем нашли на чердаке старого дома дубовый сундучок? — Костя кивнул. — То, что в нем лежало, вы сочли никому не нужным барахлом, хотели выкинуть. А меж тем мне бы очень хотелось приобрести те самые вещи.
— Погоди минуту! — Он напряг память. — Там вроде были часы. Да, старые часы. А еще — тетради. Тетради в коричневых обложках, кажется, какие-то дневники, детские дневники. И что-то еще. А, ну да! Кукла. Сломанная. С лицом из фарфора. И оно разбилось. Неужели тебе и впрямь интересен тот хлам? Черт, знать бы тогда… А теперь я и не соображу, куда мы могли все это подевать. Не исключено, что выкинули на помойку. Хотя нет, подожди, подожди, куклу Дрон отдал Катьке! Она еще показывала нам ее, когда отреставрировала — у нее, кстати, отлично получилось!
— Ладно, не мучайся, — с улыбкой остановила его Старьевщица. — Я лучше тебя знаю, где все эти вещи. И сумела найти и часы, и куклу, и сундучок, хотя он-то мне совершенно неважен. Из важного для меня остались лишь дневники, и я точно знаю, где они.
— Где же? — Костя почуял поживу.
— В старой квартире твоего друга Андрея Шелаева. На кухонной антресоли, в желтой картонной коробке из-под женских зимних сапог.
— Ничего себе! — присвистнул Костя. — Ты видишь сквозь стены? Слушай, если тебе доподлинно известно, где лежит то, что тебе нужно, почему бы тебе не пойти туда и не взять это?
— Нет, я не могу этого сделать, — серьезно отвечала Старьевщица. — По тем правилам, которые установлены не мной, эти вещи мне обязательно должны передать их новые хозяева, продать или подарить. Только так я могу стать их владелицей. Но взять их сама я не могу.
— Так попроси их у Дрона! — сгоряча брякнул Костя. И спохватился: упускать такую возможность?
Старьевщица рассмеялась:
— Как ты себе это представляешь? Твой друг — большой человек, бизнесмен, ходит и ездит с охраной, к нему так просто не подобраться. А если я и пробьюсь, вряд ли он будет рад, что кто-то что-то знает про вещи в его квартире.
— Да, ты права, — вынужден был признать Константин. — И, стало быть, ты хочешь, чтобы я раздобыл для тебя эти тетрадки?
— Хочу, — согласилась Старьевщица. — Тебе это не составит труда, у тебя есть дубликат ключа. Не делай таких круглых глаз, мне отлично известно, что ты используешь эту квартиру для своих развлечений. Принеси мне тетради — и моя щедрость приятно тебя удивит. А я уйду на покой.
Костя отбросил в сторону колебания. Что плохого в том, что он раздобудет то, что она просит? Андрей небось давным-давно и думать забыл про эти тетрадки.
Раздобыть дневники было проще простого,