Стать победителем стр. 50
Леня со своим арбалетом провозился намного дольше, а потом расширенными глазами уставился в ночное небо.
– Никого не вижу! – шептал он. – И как это в башне этих кречи заметили?
– Бессонница у них.
Мое ворчание даже на шутку не тянуло. Добровольцам приходилось все время своего дежурства лежать на спине и пялиться на строго определенный участок звездного неба. Мелькнула крылатая тень – поднимай тревогу! Служба чревата тем, что в сон при лежании на спине да глубокой ночью тянет невероятно, так что на перевал отправлялись только те, кто мог целый день высыпаться как следует.
В данном лагере к данной ночи собралось люда человек шестьсот, но рассмотреть что-то в ночи никто из них толком ничего не мог. Только лишь на фоне мерцающих звездочек следовало определить приближающегося врага. Определенным зрением обладали только двое: я и трехщитный патриарх погоревшего монастыря. Именно к братьям и подались десяток самых отменных лучников, надеясь на подсказки старика. Ведь очень важно своевременно развернуться лицом к подлетающей нечисти и успеть натянуть тетиву со стрелой.
Свои возможности я вроде как не скрывал, но, несмотря на наши с Леней подвиги в последние дни, к нам никто не поспешил. Видимо, засомневались в моем умении. Хотя получилось, что я умудрился увидеть вражескую стаю намного раньше прославленного, но слишком уж убеленного сединами Ястреба. А как только заметил, сложил руки рупором и засипел в противоположную от летающих сатиров сторону:
– Кречи летят со стороны гор! Девять особей! Пять в центре, а две пары на флангах! Вроде как четко выдерживают курс.
А значит, что еще днем наш лагерь наверняка был обнаружен издалека по дымам, большим столпотворениям или обилию сходящихся к бивакам колей. Да и внушительная численность стаи говорила о том, что это не простая разведка или свободный поиск. Следовательно, и плохие мысли в голову начинали лезть: как бы данную воздушную атаку со стороны перевала не поддержали конные рыцари. Дозорные и по земле установили массу шумящей сигнализации вокруг башни, но мало ли что.
Враги старались подлететь к лагерю неожиданно. Так, чтобы и крыльями сильно не хлопать. Поэтому на расстоянии в километр перешли на спокойное планирование, при котором крылья взмахивали раза в четыре реже.
Но самое главное, что за время их подлета я успел забить третье лезвие в свою пику, а потом помог и Лене снарядить его «дощатое» оружие тремя лезвиями.
Друг только и успел пожаловаться:
– Все равно ничего не вижу.
Хотя мы оба понимали, что ему и так работы хватит: взводить арбалеты, подавать их, потом подавать пики, а дальше уже по обстоятельствам.
Большими плюсами для людей были полная светомаскировка да царящая между скалами и на речном берегу темень. Кречи видели ночью вообще плохо и ориентировались только по своим умениям определять высоты да по отблескивающей поверхности реки. В принципе, даже эти девять уродов могли причинить огромный урон лагерю и унести множество жизней. Первые удары саблями, паника, неразбериха, мечущиеся кони и затаптываемые люди, стоны, ор… По рассказам очевидцев, в последние дни на Ничейных землях такое уже не раз случалось.
«Но дозорные не подвели, – успел подумать я и радостно оскалился. – Да и наше с Леней присутствие в лагере сразу обрекает кречей на гибель!»
Потом начал