Библиотека

Страна Соболинка стр. 171

Размер шрифта
-
+
Тема

Но это только казалось. Далеко не каждый чемпион по тарелочкам попадает в летящую утку.

В отличие от своего напарника, Толик ходил по тайге налегке, без ружья, с топориком и ножом: зачем лишний груз? Над другом всегда подшучивал: «Ты хоть кедровку сегодня подстрели…» или перед выходом на путик: «“Тигра” взял? Смотри, как бы соболь не порвал на портянки!»

Сегодня утро началось так же. Провожая его в дорогу, Толик укусил-таки Юрия колким словцом:

– Карабин взял? Там между гольцами олени, остерегайся, а то забодают, береги себя!

Юрий уже не обращал на шутки внимания: «Пусть говорит, язык без костей. А ствол все равно возьму!»

Перед входом в ущелье между Оскольчатым и Крестовым гольцами дорога стала ровной. Густые кедровые колки поредели, уступили место обширным луговым полянам. Грандиозный вид до границы горизонта окрылил душу. Плотный, слежавшийся, надувной снег поднял Юрия на плотный панцирь: лыжня потерялась, ее передуло. Идти стало легко и в то же время, не имея точки ориентира, на белоснежно чистом поле Юрий не мог точно определить расстояние. Так бывает с любым человеком, который попадает в однообразное, одноцветное пространство. Белое отражение поверхности снега слепит, размывает границы поверхности. Человек теряет равновесие, падает. В таких случаях лучше всего смотреть на предмет другого видимого тона: кочку, дерево, камень. Тогда вестибулярный аппарат будет работать в нормальном режиме.

Однажды испытав это на себе, Юрий стал опытнее. Передвигаясь по ровной поверхности снега, он смотрел не под ноги, а куда-то в сторону, на чем мог задержаться его взгляд. Сначала это были редкие кедровые колки деревьев, потом кучи выдувных камней, за ними – одинокий след зверя справа. Увидев следы, Юрий подумал, что это отпечатки копыт одинокого оленя-сокжоя, которые здесь встречаются часто. Любопытство погнало охотника дальше: может, удастся увидеть самого круторога!

Ненадолго остановившись, издали он проследил цепочку следов, внимательно осмотрел окрестности, невысокие здесь вершины гольцов, пологие склоны холмов, убедился, что он один. Одинокие наброды уходили в ущелье: сокжой пошел туда, куда сейчас предстояло идти ему.

Неторопливо Юра наконец-то подошел к следам и… Не понял. Перед ним, на плотном надуве, четко печатались медвежьи лапы.

Какое-то мгновение он удивленно смотрел на них: не ошибся ли? Может, это большая росомаха? Однако явление было настолько реальным, что заставило его стереть со лба капельки пота.

Да, это были медвежьи следы, которые нельзя спутать ни с чем. Это было очевидно и в то же время шокирующе: в это время года? Десятого ноября? Толик же сказал, что все косолапые уже давно легли в берлоги. Зима наступила рано, снегу навалило много. А отрицать видимое

– значит, не верить самому себе.

Юрий стал лихорадочно вспоминать, как Толик учил его различать сытого медведя от голодного. Сытый ставит лапы широко, когтями внутрь. Здесь же зверь шагал ровно, коротко, наоборот, слегка разваливая когти наружу. У жирного косолапого мозоли широкие, толстые. У этого – тонкие, длинные, худые. Самые скверные предчувствия заставили задуматься: встречаться с шатуном не хотелось – опасно.

Он долго разглядывал следы. Откуда пришел хищник, оставалось только догадываться. Куда он пошел, невозможно предположить. И вдруг в голове как будто молния полыхнула: шатун идет туда, на озеро, к избушке! Вера! Она тоже ходит без собаки и ружья!

Слепой бы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.