Странный приятель стр. 326
Что-то древнее?
— Да как сказать… — очень задумчиво ответил Готор. — У меня на родине их до сих пор используют.
— Так, выходит, это вещица из ваших краев! — догадался Ренки. — А я-то думаю, что у тебя вид такой ошарашенный! Наверное, встретить что-то знакомое в такой дали от родины — это как упавшим королевским орехом по голове получить. Вроде и больно, и в то же время — на редкость приятно! Говорят, удивительная вкуснятина.
— Угу… — согласился Готор. — Именно что по голове… получить… Только вот никак эта вещица не могла бы сюда попасть из моих краев… Я так думаю.
— Ну, — беспечно пожал плечами Ренки. — Пути вещей и людей неисповедимы. Ты думаешь, что первый — как вас там называют — островитянин, кто попал на наши земли. А оказывается, кто-то из твоих соплеменников уже был тут раньше!
— Вот-вот, — согласно кивнул Готор. — Причем тысячи лет назад. С учетом того, что этой письменности всего-то тысяча с не очень большим хвостиком лет. А в таком вот виде — так и еще намного меньше…
— Да это небось только вы думали, что «тысяча с небольшим…» А у нас ею уже… не знаю… с незапамятных времен пользуются. А вы-то небось себя особенными мнили? Ну уж извини, мне правда жаль, что суровые будни жизни нанесли такой удар по твоим светлым идеалам.
— Молодца, — одобрительно сверкнул глазами Готор. — Подколол! Наверное, и правда надо ко всему проще относиться. Хотя это первое настоящее материальное доказательство того, что мои… соплеменники бывали на Старых Землях («штуку» ведь оттуда привезли). А это, знаешь ли, м-да… Многое объясняет и еще больше запутывает. Нет, я и раньше, конечно, подозревал. Уж слишком много совпадений! Но вот теперь… Эх, мне бы сейчас поговорить с кем-нибудь действительно умным…
— Хм… — изобразил обидчивый звук Ренки. Его приятель, конечно, пребывал сейчас в на редкость взволнованном состоянии, но все-таки элементарную вежливость следовало соблюдать.
— Не бери в голову… — Готор встрепенулся, отошел от своих дум, а потом словно бы еще некоторое время припоминал, что говорил и в чем причина недовольства на физиономии приятеля. — Я имел в виду: рядом с действительно умными, которые, собственно говоря, меня сюда и послали, я сам словно новорожденный младенец. Могу только пузыри пускать да пеленки пачкать. Ладно. Давайте лучше подумаем, что будем дальше делать?
— А чего там думать? — удивился Ренки. — Надо возвращаться в Фааркоон. Отдать Тайной службе эту «штуку», да и забыть все это, как кошмарный сон!
— Угу… — невесело согласился Готор. — Похоже, «штукенцию» все же придется отдать. Очень бы не хотелось, конечно. Но если мы ее им не притащим, они с нас с живых не слезут. Пожалуй, придется ограничиться зарисовками. Ну, может, еще и копии-оттиски с надписей поснимаю. …Небесный Верблюд! Хотел бы я все-таки знать, что это за штука такая и от чего ее отломали! Но я, собственно, вот о чем. Как будем назад возвращаться? Боюсь, что легкой дороги у нас не получится. Если герцоги Гидшаа и впрямь так сильно были заинтересованы в этой штуковине, что устроили такую сложную операцию по ее транспортировке, просто так они не успокоятся и будут искать любые следы и тянуть за все ниточки. И пошлют на это дело действительно толковых людей. Надо будет переодеться…