Страшная неделя стр. 8
тело? – спросил Новиков, кивнув священнику.
– Там, у забора. – Отец Павел указал на кривую облезлую калитку.
Новиков зашёл за штакетник. На густой высохшей прошлогодней траве, под зарослями голых ещё деревьев, на боку лежал и таращился пустыми глазами в никуда парень в тёмном брючном костюме. И при галстуке. Тот, что вчера околачивался у дома Новикова.
Участковый присвистнул, поправив фуражку.
– Вот и я говорю, – произнёс над ухом Антон.
– Что ты говоришь? – повернулся к нему Новиков.
– Так мы его вчера видели. – И тут он что-то заметил в стороне. – Лисовский, тебе чего здесь?
– Да так, интересно. – Мальчишка, что показал новому участковому дорогу, вытягивал шею, чтобы заглянуть через забор. Видимо, он всё время следовал по пятам за Новиковым.
– Давай, иди домой. Не на что тут смотреть. – Антон вышел за калитку и оттеснил паренька от забора.
– Лисовский? – наморщил лоб Новиков, услышав знакомую фамилию.
– Это Гаврил, сын главы посёлка, – сказал Антон, не давая мальчишке пролезть к забору.
– Вы его знаете? – спросил Новиков у отца Павла, кивая на тело в кустах.
– Нет, то есть…
– Ну? – подбодрил Новиков.
– Этот человек проходил здесь вчера. Выглядел странно, я даже подумал, что он заблудился. Или перебрал. Я спросил, нужна ли ему помощь, он только помотал головой. Потом попросил попить. Я ему вынес воды, но он даже проглотить её не смог – его вырвало.
– Что потом? – спросил Новиков, когда священник замолчал.
– Ничего. Он ушёл.
– Недалеко он ушёл, – пробормотал Антон, возвращаясь.
– Я утром встал на службу, а он тут лежит.
– Так, нужны понятые. – Новиков окинул взглядом компанию. Надо же, все как родственники – скуластые и светлоглазо-блондинистые. Только сам Новиков лысый. – Позвоните главе посёлка и ещё кому-нибудь.
– А мне можно посмотреть? – спросил Гаврил, снова пытаясь обойти учителя. – Вдруг я его знаю?
– Если уж я его не знаю, то ты – и подавно. – Антон так и не дал своему ученику глянуть на труп.
Не смог его опознать и отец Гаврила, и учителя, и врачи из поликлиники, и другие жители посёлка, чей маршрут этим утром пролегал мимо церкви. А пришли почти все. И это в воскресенье.
– Ишь ты, всем понадобилось, – бормотала бабуля в малиновом вязаном берете и такой же шали. – То в церкву аж дорога заросла, а то все прибежали.
– Вы этого человека видели раньше? – устало спросил Новиков, у которого от новых знакомств аж в глазах рябило. Группа, которую он вызвал из Растяпинска, ещё была в пути.
– Нет, – буркнула бабуля, клюкой снимая сухую траву с калитки. В руках у неё был букетик из полураспустившихся вербных веток.
– Так вы посмотрите.
– По что мне на него глядеть?
– Вдруг вы… а, ладно, – махнул рукой Новиков. – Ясно, что он не местный.
– Не местный, а шороху наведёт.
– Что? – не сразу среагировал Новиков, но бабуля уже переключилась на священника.
– Ишь ты, какого прислали. Тебе восемнадцать-то есть?
– Двадцать восемь уже,