Страх открывает двери стр. 17
предположил, что баки пустые! А насчет того, чтобы высадить вас… Ну, на это у меня просто нет времени. Оглянитесь-ка назад и посмотрите!
Она оглянулась.
— Они… Они гонятся за нами…
— А вы что же, решили, что сейчас они отправятся в ресторан выпить по чашечке кофе?
Теперь дорога приблизилась к морской глади, и ее изгибы были следствием изгибов побережья. Движение на шоссе было слабым, но вполне достаточным, чтобы замедлить нашу скорость на поворотах, и полицейская машина явно нас догоняла.
Ее шофер знал свою машину лучше, чем я свою, а дорога была ему так же знакома, как собственная ладонь. В течение десяти минут ему удалось сократить расстояние между нами на 150 ярдов.
Последние несколько минут девушка неотрывно смотрела на следующую за нами машину. Но потом она повернулась и посмотрела на меня. Она старалась говорить спокойным голосом, и это ей почти удалось:
— Что… Что же будет теперь?
— Все что угодно! — лаконично ответил я. — Теперь они церемониться не станут. Вряд ли они довольны тем, что произошло у бензоколонки…
И верно — не успел я договорить, как сзади, быстро следуя один за другим, раздались три резких звука, похожих на щелканье бича и отчетливых, несмотря даже на пение шин и рев мотора. По лицу девушки я догадался, что комментарии излишни, она и сама прекрасно поняла, чем были вызваны эти звуки.
— Ложитесь! — приказал я. — Прямо на пол! И нагните голову! Это ваш единственный шанс на спасение!
Как только она скорчилась на полу, так что мне были видны лишь ее плечи и затылок, я выхватил из кармана револьвер, быстро снял ногу с акселератора и резко затормозил.
Этот маневр нашего «шевроле» был для преследователей полной неожиданностью, и скрежет шин и визг их машины подсказали мне яснее всяких слов, что водитель растерялся. Я быстро выстрелил, и почти одновременно раздался звон, после которого в ветровом стекле машины появилось звездообразное отверстие — след пули. Я выстрелил вторично, и полицейская машина дико рванулась в сторону и стала поперек дороги, повиснув передними колесами над канавой справа. По тому, как ее занесло, я понял, что попал в одну из передних шин.
Полицейские остались невредимыми и через пару секунд уже были на дороге, выпуская нам вслед пулю за пулей. Но к тому времени мы уже были опять ярдах в 150 от них, и, как ни хороши были их револьверы и даже автомат, стрелять из них на таком расстоянии — это все равно, что бросать в нас камнями. Через несколько секунд мы сделали поворот и вообще скрылись из
вида.
— Отлично! — сказал я. — Война закончена. Можете сесть снова, мисс Рутвен.
Она выпрямилась и снова села рядом со мной. Пряди ее темно-русых волос упали ей на лицо, она сняла косынку, привела волосы в порядок и снова повязала косынку. Вот уж эти женщины! — подумал я. Даже если бы они падали с утеса, но знали, что внизу их ждет компания, то и на лету сделали бы себе прическу.
Завязав косынку под подбородком, она сказала вполголоса и не глядя на меня:
— Спасибо, что заставили меня лечь… Ведь меня… меня могли убить…
— Могли бы, — равнодушно ответил я. — Но в тот момент я подумал не