Стругацкие, Аркадий и Борис. Собрание сочинений в 15 томах. Том 1. Извне. Путь на Амальтею. Стажеры. Рассказы стр. 532
в книге «Стажеры: Фантастические повести»
СТАЖЕРЫ
Повесть
1962 — в книге «Стажеры: Научно-фантастическая повесть»; под названием «Должен жить: Фантастическая повесть» в сборнике «Мир приключений», книга 8; под названием «Генеральный инспектор» в журнале «Искатель», № 2 1968 — в книге «Стажеры. Второе нашествие марсиан: Фантастические повести»
1985 — в книге «Стажеры: Фантастические повести»
ЗАБЫТЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ
Рассказ
1959 — в журнале «Знание — сила», № 8
1960 — в книге «Шесть спичек: Научно-фантастические рассказы»
1990 — в газете «Комсомолец Донбасса», 28—29 августа
ШЕСТЬ СПИЧЕК
Рассказ
1959 — в книге «Дорога в сто парсеков»; в журнале «Знание — сила», № 3
1960 — в книге «Шесть спичек: Научно-фантастические рассказы»
1967, 1970, 1973, 1989 —в сборнике «Фантастика и приключения: Рассказы советских писателей»
ИСПЫТАНИЕ СКИБР
Рассказ
1959 — в журнале «Изобретатель и рационализатор», № 3
1960 — в книге «Шесть спичек: Научно-фантастические рассказы»; в книге «Альфа Эридана»
1986 — в книге «Жук в муравейнике: Рассказы и повести», Рига
ЧАСТНЫЕ ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ
Рассказ
1959 — в журнале «Знание — сила», № 8,: в газете «Заря коммунизма», Дагда Латвийской ССР, 12, 15, 17, 19, 22 сентября
1960 — в книге «Шесть спичек: Научно-фантастические рассказы»; в книге «Альфа Эридана»
1986 — в книге «Жук в муравейнике: Рассказы и повести», Рига
Составил А. Л. Керзин
Все сочинения, которые войдут в многотомник братьев Стругацких, уже видели свет. И если для самих писателей, по их словам, «все дети любимые», то издатели некоторым вещам отдают предпочтение. Рекордсменом стал мужественный и пронзительный «Пикник на обочине» — он выдержал 7 изданий в Советском Союзе и 35 изданий в 18 странах. Повесть «Трудно быть богом» выходила 12 раз в нашей стране и 32 раза за рубежом. Следом идут «Жук в муравейнике» — 5 и 26 — и «Улитка на склоне» — 5 и 23.«Я животное, ты же видишь — я животное. У меня нет слов, меня не научили словам, я не умею думать, эти гады не дали мне научиться думать. Но если ты на самом деле такой... всемогущий, всесильный, всепонимающий, то разберись! Загляни в мою душу, я знаю — там есть все, что тебе надо. Должно быть. Душу-то ведь я никогда и никому не продавал! Она моя, человеческая! Вытяни сам из меня, чего же я хочу, — ведь не может же быть, чтобы я хотел плохого!.. Будь оно все проклято, ведь я ничего не могу придумать, кроме этих его слов — «СЧАСТЬЕ ДЛЯ ВСЕХ, ДАРОМ, И ПУСТЬ НИКТО НЕ УЙДЕТ ОБИЖЕННЫЙ!»
«Пикник на обочине»
Теперь все были на ногах. Безденежные доны отшатнулись к стенам. Молодые аристократы взобрались на стол, чтобы лучше видеть. Серые, выставив перед собой клинки, построились полукругом и мелкими шажками двинулись на барона. Только Румата остался сидеть, прикидывая, с какой стороны от барона можно встать, чтобы не попасть под меч.
Широкое лезвие зловеще шелестело, описывая сверкающие круги над головой барона. Барон поражал воображение. Было в нем что-то от грузового вертолета с винтом на холостом ходу.
Окружив его с трех сторон, серые были вынуждены остановиться. Один из них неудачно стал спиной к Румате, и Румата, перегнувшись через стол, схватил его за шиворот, опрокинул на спину в блюда с объедками и стукнул ребром
ладони