Библиотека

Штуцер и тесак стр. 136

Размер шрифта
-
+
Тема

бой, а тут возможность отличиться, снискав славу. Лучше выпьем! За здоровье майора Спешнева и подпоручика Руцкого. За их славные дела – прошлые и будущие!

Он осушил чарку и закусил бутербродом. Другие генералы последовали его примеру. Подскочивший Пахом вновь наполнил чарки, которые генералы составили ему на поднос.

– Им тоже налей! – приказал Паскевич, указав на нас. – А то гости пьют, а хозяева смотрят.

Мы, естественно, не отказались. После третьей чарки Иловайский расправил усы и посмотрел на меня.

– Спой, подпоручик! Про казаков.

– Новую или старую? – уточнил я.

– Новую, – кивнул он. – Старую каждый день слышу.

Я сунул чарку Пахому и взял гитару.

Черноглазая казачка

Подковала мне коня.

Серебро с меня спросила,

Труд недорого ценя.

Как зовут тебя, молодка?

А молодка говорит:

Имя ты мое услышишь

Из-под топота копыт…

После первого куплета Иловайский стал притоптывать сапогом и потряхивать головой. Видимо, наши чарки были сегодня не первыми.

– Любо! – выпалил, когда я смолк.

– У вас, что, бабы коней куют, Василий Дмитриевич? – спросил Неверовский.

– Наши все могут! – мотнул головой Иловайский. – Казачки. Они… Они…

– Коня на скаку остановят, в горящую избу войдут, – подсказал я.

– Вот! – подтвердил Иловайский. – Он знает. Только не пойму, откуда? Говорит: на Дону не бывал. Ведь так?

– Не довелось, ваше превосходительство. Но много слышал.

– Да, – начал было Иловайский. – Казаки, они…

– Лучше скажи, кого определишь им в батальон? – прервал Неверовский. Похоже, что о казаках от Иловайского он слышал много и не раз. – Мы-то лучших дадим, а ты?

– И я, – мотнул головой Иловайский. – Вот Чубарого и пришлю.

– Это конь или казак? – поинтересовался Паскевич.

– И то и другое.

Неверовский с Паскевичем рассмеялись.

– Лихой казак! – обиделся Иловайский. – Фамилия у него такая и конь ему мастью под стать. Лучший хорунжий в отряде. И полусотня у него такая же.

– Не сердись, Василий Дмитриевич! – улыбнулся Неверовский. – Верим. Ну, что, господа? – спросил он, вставая. – Пора и честь знать. У хозяев много забот. Его сиятельство Багратион велел передать вам, майор, – он посмотрел на Спешнева, который встал, как и мы, – что завтра к полудню ждет вашего доклада об устроении нового батальона. Время не ждет. Хотя неприятель не дает о себе знать, но это затишье временное. Решающее сражение может случиться со дня на день. Заодно князь сказал, что хочет зреть подпоручика Руцкого в надлежащем для офицера виде. А то, говорит, нет более сил видеть этот статский сюртук среди егерей. У нас армия, а не балаган.

Генералы заулыбались.

– Доброй ночи, господа! – сказал Неверовский, и гости ушли.

– Ваше высокоблагородие! – вытянулся перед Семеном Зыков, все это время тихонько просидевший в сторонке. – Осмелюсь напомнить о своей просьбе.

– Будет! – отмахнулся Семен. – Сам слышал: пушки нам оставляют. Кому ими командовать, как не тебе? Извини, но не о том сейчас речь. К Багратиону нужно прибыть с докладом, а вот что ему сказать, не знаю. Как-то все неожиданно свалилось, – он посмотрел на меня.

– Скажем! – кивнул я. – Ничего хитрого. Подумаешь, батальон! Та же рота, только вид сбоку. Ты лучше скажи, где мундиром разжиться?

– Прикажу Синицину, он сообразит, – сказал Семен. – Есть в роте умельцы, построят. И сукно найдем, и басоны, кивер и этишкет. Не о том думаешь. У нас офицеров всего ничего: ты, я и да Василий, –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.