Штурмовой батальон стр. 184
спокойной обстановке встретишь Новый год, возможно даже, со своей семьей. Адмирал пообещал сделать тебе такой подарок. Но мы отвлеклись от моего вопроса. Что тебя привело в Минск?
– Работа. Во-первых, из местного СД сообщили, что ими в районе Минска отмечена активность разведгруппы русских диверсантов НКВД. Они смогли выследить и уничтожить несколько человек из ее состава и предложили осмотреть новое русское снаряжение. Ничего особенного я там не увидел. Те же рейдовые рюкзаки, но более простой формы. Глушители Бра Мит. Ценным было то, что СД выступило инициатором такой встречи. Во-вторых, наши парни сообщили, что у них есть агент, вполне годный для длительной работы в русском тылу. С хорошей биографией и связями среди русского командования. Шифровальщик одной из русских частей. Он работал среди пленных на отдел контрразведки. Выявил нескольких руководителей подполья. Вот мне и захотелось посмотреть на этого самородка. А тут это чертово восстание, нападение и подрыв нашего эшелона. Представь парней, что меня вынесли, к наградам.
– Да, обязательно. Тебе что-то еще удалось сделать в Минске?
– Главное, я встретился с Рудзянко. Он согласился сотрудничать с нами и просил вытащить его из лагеря. Что я и сделал. Хотя местные парни не хотели его отпускать, ценя его как очень хорошего агента. Пришлось давить авторитетом.
– Что ты можешь сказать о нем?
– Умный, грамотный, вежливый, когда надо, в меру активный, немного трусоват, но будет хорошо работать. Несколько раз удачно внедрялся в различные подпольные группы большевиков. Ни разу не был раскрыт. С октября по декабрь в Минске и окрестностях выдал примерно около сотни русских подпольщиков. Особо готовить к заброске его не надо. Так, слегка подправить легенду и забросить к партизанам или вывести через линию фронта с группой пленных. Мне понравилось его желание нам помочь. Узнав дату восстания, сразу сообщил своим шефам.
– Тем не менее оно произошло, и мы не смогли его предотвратить.
– Это не вина агента. Тут все на совести руководства СД и полиции. Они затянули с арестом выявленных руководителей. Русские могли получить сведения от своей агентуры в городе о планируемых арестах и перенести сроки восстания. Я ведь тоже не предполагал, что окажусь в его эпицентре. Восстание началось с нападения на казармы танкистов, танковый завод и ДЗОТы, что должны были прикрыть город в случае восстания в лагерях для военнопленных. Подкреплению туда прорваться не удалось. Оно было встречено на улицах города плотным пулеметным огнем, в том числе и из ДОТов в центре города. Фактически одновременному удару подверглись все остальные наши объекты в городе и пригородах. Русские захваченной тяжелой техникой перекрыли дороги, и вырваться из города по глубокому снегу было очень тяжело. Нам удалось уйти по ж.-д. путям.
– Нападавшие были гражданские или военные? Партизаны или армия?
– И те и другие. Большинство нападавших были в белых маскхалатах с черными повязками на левом рукаве. Лишь при штурме объектов жандармерии и СД, резиденции Кубе, комендатуры, абверкоманды, казарм вспомогательной полиции действовали солдаты тяжелой пехоты в специальном бело-сером камуфляже. Вполне вероятно, что это были «мясники» – тот же почерк, что и в Бобруйске.
– Почему вы не отступали к аэродромам? Их же в городе три, и они имели неплохую защиту, как с воздуха, так и с земли. Тем более