Судные дни стр. 165
не обследовали. Еще шестерых, вот этих, в синих рамочках, так и не нашли. Четверо пропали в середине семидесятых, двое других – за последние двенадцать месяцев. И, конечно, Бриджит Кловер и Марта Лейк. Одно самоубийство и одно убийство из-за кражи со взломом, 2011 год.
Макс указал ручкой на парадную фотографию Ирвина Левина, которую Кайл видел на задней обложке «Судных дней».
– Пропал без вести в две тысячи десятом. Никаких следов. Ничего.
Кайл сглотнул.
– Наверное, на это ушла куча времени.
– Нет. Меньше двух лет. Я старался держаться как можно дальше от секты. Я не врал, Кайл. Ты скоро поймешь, почему я рассказывал тебе далеко не обо всем.
– Два года назад на меня вышел человек по имени Дон Перез. Ученый, он для исследования искал выживших членов сект. Он нашел брата Херона, а через него меня. Перез обнаружил, что многие члены Храма, бежавшие из шахты в Аризоне в семьдесят четвертом и семьдесят пятом, умерли при схожих обстоятельствах или пропали без вести. Среди них было много бродяг, наркоманов, алкоголиков, страдающих депрессией. Короче говоря, проблемы были у всех. Это подтвердило тезис Переза о влиянии, которое членство в секте оказывает на человека. Разумеется, многие, если не все, из тех, кто вышел из секты в мое время, были настолько искалечены жизнью в Соборе, что я захотел рассказать об их судьбах для исследования Переза. Но во время нашей короткой переписки он пропал. С февраля 2010 года его местонахождение неизвестно, – Макс устало вздохнул, – а потом я обнаружил, что с теми, кто жил на Кларендон-роуд и на ферме, случилось то же самое. Но только с теми, кто застал видения и появление того, что они называли сущностями. Кроме меня и Херона, из двух европейских храмов выжили только Исида и Гавриил. Затем я прикинул вероятность того, что со всеми, кто присутствовал при ключевых событиях истории секты, произошло одно и то же. Это не совпадение, Кайл. А потом Исиду, Херона, Гавриила и меня стали посещать неприятные сны. В этом году. Теперь я понимаю, что это было предзнаменование. Известие о том, что грядет. Очевидно, Катерина по-прежнему любит медленные пытки. Вероятно, она возвращается. Идет за теми, кто остался.
– Так, минуту. Катерина?
Макс поднял руку, прервав его:
– Всему свое время. Изучая места, где располагались храмы, я обнаружил вот это, – Макс открыл фотографию дома на Кларендон-роуд. – Я сам выбрал этот дом. Остальные были против с самого начала, потому что он был очень дорогой. Но Катерине нравились красивые жесты и статусность, и она контролировала наши финансы задолго до того, как мы попали туда. Меня привлекла его репутация. Дурная слава, которая шла за ним с викторианских времен. Но на самом деле все началось много раньше.
Фотография на экране сменилась гравюрой – портретом человека с заостренной бородкой, в широкополой шляпе.
– Шарлатан, оккультист и гипнотизер Валентин Прауд. Он же Длинный Вэл. Англичанин, входивший в число Кровавых друзей Лорхе в тот краткий период, когда они бежали в Англию, чтобы избежать преследования в Нидерландах. Около года они жили в кибитках, как странствующие актеры, за пределами города. Тогда этот район был деревней. Где-то между современной Мраморной аркой и Шепердс-Буш. Полагаю, что Кровавые друзья жили в основном