Сумчатые баллады стр. 65
три девушки из племени Катумба — Миини, Вимла и Гуннеду. И были они прекрасны собой, добры, во всех делах умелы — и одного только не могли решить люди: кто из сестер лучше. А отец их был могущественным колдуном. А еще говорят, что около их долины обитало страшное чудовище, Баньип — хотя так эту историю рассказывают не все.
Слава о трех красавицах прошла по всем Синим горам — и по обе стороны гор. А надо сказать, что в соседнем племени, с которым Катумба насмерть враждовали, было три брата—охотника — красивых, смелых и добычливых. И как—то увидели они сестер — а те заметили их. И вскоре три брата пришли ночью и украли девушек. И говорят, что Миини, Вимла и Гуннеду не подняли при том никакого шума и шли за похитителями очень быстро. Поутру их отсутствие заметили, племя бросилось в погоню. Догнали похитителей уже почти на земле соседей и браться позвали на помощь своих. Начался бой — а девушки оказались в самом горячем месте и вот тогда… но другие говорят, что тогда как раз ничего еще не произошло, а вот когда из земли полез разбуженный всем этим безобразием Баньип, тут отец девушек и выбрал самое сильное заклинание и бросил им в дочерей,
превращая их в камень, чтобы чудовище не могло причинить им вреда. В любом случае, дрались там еще долго — то ли с похитителями, то ли с чудовищем, то ли все на всех. А когда дым осел, то оказалось, что отца нет. Одни рассказывают, что погиб в бою, другие — что был съеден чудовищем, третьи — что, уводя Баньипа от людей, отец девушек превратился в лирохвоста, а потом не смог вернуться обратно в человеческий облик. Но так или иначе — а заклинания того больше никто не знал и девушки так и остались стоять на обрыве каменными: прекрасные, коричнево—рыжие Миини, Вимла и Гуннеду. И стоят до сих пор.
И кто и как бы ни рассказывал эту историю, мораль у нее всегда одна: делаешь что—нибудь — обязательно кому—нибудь расскажи. Даже если очень торопишься. А то потом никто знать не будет, как это сделанное разделывать.
О языковой политике
Перевожу материалы к передаче об осетино—абхазских делах. Сделано. Сдано. Дергает меня редактор.
— Слушай, у нас в словаре «Цхинвали», а у тебя «Цхинвал», что бы это значило?
— Понимаешь, это осетин говорит. «Цхинвали» — это грузинская форма, «Цхинвал» — русская. Он, конечно, пользуется второй. Если ему написать «Цхинвали», то, во—первых, это будет ошибкой, а во—вторых, с вероятностью получится скандал.
— Ааааа.
Через пять минут.
— Слушай, у нас в словаре «Сухуми», а у тебя «Сухум». Даже при советской власти было «Сухуми». И это точно не осетин, это вообще другая республика, я по карте смотрел.
— Да. Это не осетин. Это абхаз. «Сухуми» — это грузинская форма… Если ему ее приписать, будет скандал.
Редактор — во весь голос:
— НЕНАВИЖУ СЕПАРАТИЗМ!
О комплектации
Заказали из магазина софу — с доставкой и сборкой. В назначенный день привозят. Она не открывается. Не собирается и не раскладывается. Ну, покачали привезшие головами, увезли обратно. Привезли новую. Не открывается, не собирается и не раскладывается. Покачали головами, на следующий день