Сувенир для олигарха стр. 79
зачем ей считать, задала она себе горький вопрос, если она уже очень давно не занималась любовью?
И тут же она вспомнила про Глеба. И про то, как он лежал рядом с ней, убитый, и ее щека была мокра от его крови… Проклятая жизнь украла у нее все, даже светлые воспоминания о первой любви! Господи, ну отчего ей так не везет?
Маркиз, уставший слушать, как Лола шмыгает носом, усилием воли подавил раздражение и спросил как можно мягче:
— Хочешь, остановимся у аптеки, купим тебе какое-нибудь успокоительное?
— Спасибо, — с ненавистью заорала Лола, — спасибо тебе за все заботы в прошлом и в будущем!
"Ну и ну! — рассердился Маркиз, — глупая, взбалмошная, несерьезная девка!
Никого не любит, кроме своего пса, да и то напоказ!"
«Зачем я говорю о будущем? — думала Лола. — У нас с ним не может быть никакого будущего. Либо нас убьют люди Хорька, либо кто-то другой, но когда-нибудь это обязательно случится…»
Лола закрыла глаза и поклялась сама себе, что это дело будет последним. Если все кончится хорошо и они выпутаются, она прекращает преступную деятельность.
В противном случае пусть ее поразит гром, как клятвопреступницу. Она сама не знала, зачем она это сделала. Просто что-то подсказывало ей, что в этом трудном и опасном деле недостаточно будет
обычного Ленькиного везения, требовалось заручиться поддержкой высших сил.
* * *В половине восьмого в квартире Хорька появился Бритва с двумя людьми. Перец, невысокий смуглый человек с кривым шрамом на щеке, все время дергался и щурил узкие темные глаза, словно хотел рассмотреть что-то мелкое за спиной собеседника. Синелапый, который был рослым и пузатым, наоборот, держался очень спокойно и даже как-то сонно. Впрочем, это не мешало ему отлично водить машину и не теряться в самых опасных ситуациях, за что его особенно ценили в уголовной среде.
— Стволы проверили? — осведомился Хорек, внимательно осматривая свой маленький отряд.
— А как же, — Синелапый лениво улыбнулся и похлопал себя по карману, — он у меня всегда в порядке!
— А ты, Перец, как всегда нанюхался, — недовольно прошипел Хорек, — и дергаешься, как припадочный! Говорил тебе сто раз: перед делом никакой наркоты!
— Да я в порядке, — огрызнулся Перец, — гляди, руки не дрожат! Лучше, что ли, чтобы ломало?
— Ох, доиграешься ты! Ладно, пошли, нам через весь город ехать, а я хочу на месте первым быть.
Все четверо направились к машине.
Хорек нес в руках чемоданчик, который берег, как зеницу ока.
Синелапый вставил ключ в зажигание и тронулся с места.
Ни он, ни Хорек не заметили маленьких усовершенствований, которые в их отсутствие проделал с машиной Ухо.
«BMW» миновала проспект Стачек, Нарвские ворота, по набережной Обводного канала выехала на Московский проспект. В центре города начались пробки, но Синелапый, опытный водитель, ловко маневрировал — где выезжал на тротуар, где срезал дорогу проходными дворами.
— Лучше бы ты через площадь Александра Невского ехал, — недовольно проворчал Хорек, прижимая к себе заветный чемоданчик.
— Не учи ученого! — огрызнулся Синелапый, резко выкручивая руль своими большими, синими от татуировок руками, которым он был обязан кличкой. — За рулем мне советы не нужны, довезу вовремя! Там в такое время тоже пробки будь здоров, и не объедешь! Здесь, в центре, хотя бы проходными проскочить можно!