Свет мой, зеркальце, соври! стр. 111
врасплох:
– Ты бы еще на меня этот компьютер взгромоздила… Расщелкалась тут, будит больного человека!
Агния радостно ойкнула и торопливо отставила ноутбук в сторону, чуть не уронив его при этом. А если бы и уронила, ничего страшного! Сейчас ее волновало лишь одно: ясные зеленые глаза, резко выделявшиеся на бледном лице, были открыты!
– Дани! – наплевав на осторожность, она прижалась к нему всем телом. – Дурак ты!
Только теперь она могла признать себе, насколько вырос за эти дни страх, что он вообще не очнется. Страх он ведь как плесень – растет с потрясающей скоростью.
– Чего это я дурак? – возмутился он.
– Потому что дрыхнешь много!
– Так уж получилось… А много – это сколько?
– Уже третья неделя идет!
Наверное, этого не следовало говорить, но Агния сейчас была не в том состоянии, чтобы тщательно обдумывать свои слова. Да и Даниил, похоже, не озадачивался по этому поводу.
Девушка догадывалась, что его беспокоит.
– Как ты себя чувствуешь? – шепотом спросила она.
Почему шепотом, Агния понятия не имела.
Ответил он не сразу, а через пару минут. Видно, пытался понять, работает его тело или нет.
– Не знаю, честное слово. Онемение есть, но оно другое, не такое, как было раньше. Раньше я себя вообще почти не чувствовал, а теперь… Мне кажется, что-то изменилось. Я пока не уверен. А что Гарик сказал?
– Сказал, что сделал все, что мог. Что только ты знаешь, получилось или нет.
Бурного восторга это известие у Даниила не вызвало. Да оно и понятно: он на эту операцию надеялся, потому что, как бы он ни храбрился, жить в ловушке собственного тела было невыносимо. Агния хотела как-то ободрить его, отвлечь, но способа не находилось. Что может быть сейчас важнее?
Поэтому девушка просто сжимала его единственную работающую руку и молчала. Она даже не решалась смотреть на него, пока Даниил снова не привлек ее внимание:
– Агния!
Теперь уже на шепот перешел он – нервный,
горячий шепот того, кто стал свидетелем чуда. Подняв взгляд к его лицу, девушка увидела то, что вообще считала невозможным, даже теоретически. Из зеленых змеиных глаз, внушавших ужас врагам и уважение союзникам, катились слезы. Судя по всему, Даниил даже не осознавал, что плачет, и не ожидал этого от себя. Просто не могло напряжение почти двух лет, страх, надежда, сомнения и приступы отчаяния пройти незаметно – и сейчас, подходя к финалу этого периода, он вспомнил о них.
Именно к финалу, потому что его вторая рука двигалась – резко, слабо, как-то спазматично, но двигалась ведь!
– Это я делаю, – продолжал шептать Даниил. Он будто боялся, что стоит повысить голос – и все закончится. – Тело работает, Агния! Понимаешь? Работает!
Если из его глаз слезы катились сами собой, то Агния ревела вполне осознанно и даже не стеснялась этого. Она ведь тоже сомневалась, что получится, и понимала, что станет с Даниилом, если он потеряет эту надежду.
Следующие пятнадцать минут они были вместе – почти ни о чем не говорили, просто вместе. Но скоро напомнила о себе боль, поэтому Агнии пришлось быстро помочь ему привести себя в порядок и отправиться на поиски хирурга.
Потом они вдвоем наблюдали триумф Саркисяна. Обладатель французского паспорта и горячего армянского темперамента даже не