Светлая и Темный стр. 103
родственник был слишком молод и подтвердил, что не столь благороден:
— Мы найдем способ избавить вас от навязанного брака. Любым путем. — А потом все же добавил: — Если вы несчастны или захотите остаться с нами.
Во мне взревела злоба, неожиданно слишком сильная, чтобы думать бесстрастно, а ведь раньше я считала, что не способна на такие сильные негативные чувства.
— Он тебе целый замок подарил, чудесную жену, а ты… неблагодарный! — прошипела я как разъяренная кошка:
— Послушайте, леди, мы же хотели помочь… — оторопел дядя и словно сдулся.
Дед помрачнел и напрягся.
— Чем помочь? — злилась я. — Убийством? Что же вы моего папочку не прибили, когда
он издевался над Амалией и надо мной? Или тогда кишка тонка была?
Мадеус дернулся как от пощечины:
— Поздно было. К земле он ее привязал и кровью ребенка к себе тоже.
— Да неужели? — ядовито хмыкнула я. — Она бы и вдовой прекрасно жила.
Молодожен зарычал:
— Ее не спасли, так хоть вас не оставим наедине с монстром.
— Да я уже почти влюбилась в Керо, а вы… — взвыла я от обиды за «монстра».
— В темного? — вытаращились светлые.
Я шагнула вплотную к Глениру и уничижительно процедила:
— Спасибо, конечно, за предложение. Но советую сначала посмотреть на жалкое зеленое пятнышко травы, которое осталось после ваших, лорд, стараний на ниве супружеских обязанностей. — Молодой драк замер с вытянутым лицом. И я его добила: — А потом выгляните за окно и сравните с тем, что мы с драканом сотворили. С учетом того, что я до сих пор невинна. Почувствуйте разницу.
— Замужество за темным тебя слишком сильно изменило, Сафира, — задумчиво произнес Мадеус.
Я стушевалась, вспомнив, что теперь не на Земле, а на Эсфадосе. Всепоглощающая мрачная ярость, готовность убивать, приглушились, отодвинулись на задний план. Тревожная мысль засвербела в голове, но я все же спросила:
— Э-э-э, надеюсь, в лучшую сторону?
— Да! — кивнул седой головой пожилой драк. — И за это я прощу дракану его темность. И благословлю вашу дорогу…
Я усмехнулась:
— Лучше не надо благословлять… в спину. Грант Керо вряд ли оценит.
Гленир, словно мешком с мукой прибитый, переваривая сравнение с драканом, растерянно произнес:
— Простите, я лишь помочь хотел… защитить…
Пожав плечами, чувствуя щемящую пустоту после бурного всплеска чувств, примирительно, тихо сказала:
— Я благодарна вам и надеюсь, что ваши намерения были продиктованы искренней заботой обо мне. Но Сэбиан — мой, а я — его. Примите как данность. — Потом, немного помолчав и понаблюдав за по-прежнему изумленными драками, добавила на всякий случай: — И другого уже не надо. Меня все устраивает.
— Ну что ж, сердце старика оставит хоть одна печаль, — вздохнул седовласый лорд.
Молодой же лорд явно чувствовал себя не в своей тарелке. Пожал плечами, встрепал золотистые волосы на макушке и неуверенно предложил:
— Хорошо, раз все между нами решилось, пойдемте к праздничному столу?
Он развернулся и направился к дверям, но в это время створки со зловещим скрипом открылись — и в проеме застыла внушительная темная фигура Сэбиана. У меня неожиданно возникла ассоциация со сценой в «Ревизоре»: потрясенные чиновники, в данном случае родственники, застыли в ожидании неминуемой расправы.
Мадеус замер, на его побледневшем лице четко проступили все морщинки. Лица Гленира мне не было видно, но по напрягшемуся