Связанная мирами стр. 138
Пускай банален сей сюжет:Случайно тень настигла свет.Она из мира, где покой,А он из мест, где вечен бой.И всё же у судьбы запасСвоих проделок и проказ.Царица холодов зимаУкрыла снегом города,А также старенький трактир,В котором разгорался пир.Смешались карты всех мастей –Не счесть количества гостей.
Стоило Диане облечь давно забытую песнь детства в слова, как кругом всё затянулось блаженным сном, сладостной грёзой, нашёптывая о чём-то далёком. Мотив был лёгким, тягучим, обожаемым Дианой в школе. Пальцы скользнули к груди, пытаясь сдержать звонкий тенор, рвущийся из сердца словно птица на волю. Не удержать, не дотянуться…
Кого-то вьюга сбила с ног,Подбросив ветром на порог.А кто-то вовсе телом слаб –Давно бутылки с хмелем раб.Так вот, внезапно, как назло,Купец один пролил вино,Испачкал бархатный кафтан,Но помощи просить не стал.И вмиг движением рукиОтбросил вещь к ногам слуги.И вот, к рабу направив взор,Взглянул купец в дверной проём.Диана сосредоточенно пела, вплетая в канву мелодии все свои прожитые чувства. Всю любовь, на какую была способна. Нанизывая на нити воспоминаний светлое, далёкое, щемящее. И гул базара жадно вбирал в себя каждый пролитый звук. Песнь уносила в неизведанные края, заставляя теряться в чертогах разума. Солнечные лучи ткали очертания пустой библиотеки на окраине города, влажный воздух апреля и… Его.
Как лилия средь камышей,Возникший ангел средь чертей,С вином поднос несёт к столам,Затмив своей красой всех дам.Купец не в силах скрыть пожар,Что вспыхнул от девичьих чар…– Как красиво… – С лица болтливого Стива неожиданно спала вся спесь, разгладив угловатые черты. – Наречие и напев больше напоминают культуру горного народа или устные народные сказки.
– Наш мир хоть и пропитан серой тоской, но сказочный фольклор ему всё же не чужд, – улыбнулась Диана. – Это старая песня. Ей, наверное, лет двадцать, если не больше.
– Да, чувствуется устарелый диалект, не хватает только лютни и виолы, – закивал Стивальд. Он говорил серьёзно, внезапно блеща знаниями, будто и не был острым на язык бездельником. – Поэтому я сказал про горный народ: что не тронуто цивилизацией – сохраняет традиции предков. Очень напоминает их сказки. Неужели это народная песня вашего мира?
– Не совсем. – Она повела плечом. – В моём мире цивилизация скакнула далеко вперёд и такие песни уже никто не слушает. Но я вот до сих пор не могу забыть, потому и захотелось оживить именно её.
– И кто сочинил эти строки? В них как будто… душа. Очень красивая душа.
– Не знаю. Эту песню пел мне дед когда-то давно. «Колыбель надежды». – Диана задрала голову: яркое солнце постепенно ползло к зардевшемуся горизонту. – Забавно, если подумать, ведь по итогу лирическая героиня – девушка. В детстве я думала, что там поётся про меня. Всё мечтала встретить своего принца и сбежать куда-то далеко. А потом просто выросла. Но в минуты тоски и одиночества иногда вспоминала эти слова. Становилось легче.
Алекс ничего не сказал. Только очень пристально всмотрелся в Диану и отвел взгляд на Стива, который продолжал делиться знаниями о местных традициях. Всё же Диана как-то поняла, что ему тоже понравилась песня.
– Кстати, Ди. – Стив протянул руку. – Наверняка тяжело. Давай сюда.
– Я всю дорогу это тащила, и ты только сейчас мне предлагаешь помощь?
– Вообще-то я тут небесный каратель, – недовольно встрял Алекс, помотав в воздухе тяжёлым мешком. –