Библиотека

Связанная мирами стр. 77

Размер шрифта
-
+
Тема

тут позади вдруг что-то чиркнуло, и в шаге от неё просвистела стрела. Проулок заполнился новой порцией рёва. Диана вскочила и обернулась, всё ещё сжимая ноющее плечо. Любопытство пересилило страх – именно оно удерживало сознание, норовившее провалиться в забытьё. В лице смешались испуг, негодование, потрясение, но следом над ними взяло верх немыслимое облегчение.

Лунный свет очертил фигуру на крыше. Огненные волосы раздувались змеями. В черноте ночи сверкнула ядовитая зелень глаз, из-под юбок угрожающе блеснуло лезвие кинжала.

Кровавая Ламия вынула стрелу из-за спины и натянула тетиву. На каменном лице не шевельнулся ни единый мускул.

– Следующая пронзит тебя, если не угомонишься, дьявольское отродье, – медленно, с расстановкой предупредила ведьма. – Приди в себя, Сергиус. – Её голос звучал спокойно и властно. – Немедленно!

Диана вновь обратила взор на демона. Тот, сидя на коленях, корчился в судорогах и шипел, как змея. Однако его лапы медленно, точно в пытке, сужались, кости с хрустом срастались обратно. Демон выгнулся. Когда спала шерсть, вернув коже прежнее, как у мертвеца, бесцветие, перед ними вновь оказался их товарищ. Стрела, слава богам, отлетела в сторону.

Диана сползла по стене, не чувствуя под собой опоры. Пережитый ужас на грани смерти давал о себе знать тяжестью во всём теле, ноющими мышцами и туманом в голове. У неё не осталось сил даже на то, чтобы встать.

Тора спрыгнула с крыши. Но не успел никто ничего сказать, как Диана различила лязг доспехов и топот по мостовой: с конца улицы к ним мчалась графская стража.

14. Перерождение

dbd7805274ed64629ac94b51cbadc7e6.png

Холодный ветер свистел в ушах, напоминая о том, как одиноко человечество в этом мире по сравнению с вечными далёкими звёздами. Отчуждённо, будто через плотную ткань, доносились горькие завывания и плач. Трубила церковная панихида. Среди оголённых кустарников и металлических оград простирались вереницы надгробных крестов. Могилы теснили друг друга, образуя мрачный лабиринт, на сером покрывале пестрели красные цветы.

Зима. Ей шестнадцать. Через кованую ограду кладбища она наблюдала за силуэтами, слившимися с чёрными холмами вдалеке, и не знала, как ей вызвать слёзы. Плакали все. Мама надрывалась тяжелыми рыданиями, пряча лицо в ладонях. Кто-то скулил в такт вою священника. Строгий отец, которого траур не касался, тоже выглядел соответствующе. Даже родственники, явившиеся сюда ради наследства, и те содрогались в показушном плаче.

Но почему она ничего не чувствовала? Ни утраты, ни сожаления, ни горького осадка, ни даже стыда за отсутствие всего перечисленного… Совершенное безразличие к происходящему и усталость – ей хотелось поскорее домой.

В тот день её тоже сбила машина прямо около кладбища, когда она решила уйти. Может, это был знак, который она так и не смогла разгадать? К счастью, она отделалась лишь ударом о капот и сильным испугом. В глазах двоилось, ей казалось, что она уже видела где-то это лицо, на мгновение высунувшееся из окна. Суровое, мрачное, аскетичное… Глубокий взгляд, выворачивающий наизнанку душу и знающий о ней больше, чем она сама. Но мысли были заняты роем других вопросов. Почему ей было всё равно? Разве так должно быть, когда умирает родной человек?

Потому что он никогда её не любил. И никого из них.

С этим всплывшим на поверхность ответом наваждение исчезло, забрав с собой быстро унёсшийся с места происшествия автомобиль.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.