Свидетель истории стр. 109
статься, что ничего особенного, а одно недоразумение".
В купе было двое - Белов и дама. Отец Яков поклонился, в глаза даме не глядя, и произнес с пермяцким оканьем:
- А роскошно, роскошно живете! Диваны мягкие и все удобства. Хороши наши дороги, говорят - лучше европейских.
- Присаживайтесь, батюшка. Вот и со спутницей познакомьтесь, тоже в Иркутск едет.
- Очень приятно! Яков Кампинский, священнослужитель и землепроход.
Наташа поздоровалась без особой приветливости.
- Удовольствия ради или родственников имеете в сибирской столице?
Спросил совсем как тогда: "Родственников имеете в Государственном совете?" И она ответила:
- Еду ненадолго к родным.
- А откудова изволите ехать?
Что она ответила ему тогда на такой же вопрос? Кажется, что она москвичка!
- Еду из Москвы.
Отец Яков прикинул в голове, что путь из Москвы словно бы попроще и нет надобности пересаживаться в Челябинске с северного поезда. Но дело не его, могли быть у молодой особы заезды в другие города.
- Вопрос нескромный - имели тяжкую потерю? Говорю в рассуждении печального наряда.
Назойливый, однако, поп! Наташа сказала, что у нее умер муж. Отец Яков выразил соболезнование, прибавив, что людям посылается испытание, но что годы приносят если не забвение, то утеху в невознаградимой потере. Еще полюбопытствовал:
- По имени-отчеству как звать прикажете?
- Ольга Сергеевна.
"Сергеевна - это точно,- подумал отец Яков.- Но помнится, что скорбный родитель называл Натулей, значит, Наталья. И однако, возможно и недоразумение. Держится уверенно молодая особа!"
И вдруг она сама, прямо и без робости, сказала:
- А я вас, батюшка, кажется, раньше встречала, только не помню где. Словно бы в Петербурге на каком-то заседании. В Петербурге вы не бывали?
От неожиданности отец Яков смутился и ответил уклончиво:
- Кто же не бывал в сей столице! Град Петров и окно в Европу. По малым моим делам бывал повсюду, а где не бывал - норовлю побывать.
А про себя подумал: "А смела, смела!"
Прогромыхал мост, и заговорили о сибирских реках, об Енисее и Оби, и о том, что река Лена в своем устье достигает ширины в несколько сотен верст, так что, собственно, и представить трудно: на таком пространстве в Европе умещается целое государство. Белов рассказывал про озеро Байкал, как в большие морозы на нем замерзают при всплеске волны, да так и остаются замерзшими громадами до оттепели. Говорили о рыбе кете, которая поднимается вверх по течению рек в таком несметном количестве, что вываливается на берега и служит пищей разному зверью, о Приамурье, где зима суровая, а летом растет виноград и где в кедровых лесах, увитых лианами, водятся тигры,- и вообще о чудесах и богатствах Сибири. Все это Белов видел, а Наташа и отец Яков постигали руссейшими своими сердцами и, постигая,- гордились, что вот она какая, Россия, шестая часть света! В разговорах забыли про малые свои дела и личные беспокойства. И совсем нечаянно, увлекшись, Наташа сказала:
- А вот у нас, на Оке...
Спохватилась и добавила, что это ей рассказывали, как однажды на Оке, под Рязанью, поймали мужики огромную белугу. Отец Яков и глазом не моргнул, только погладил бороду:
- Бывает на российских реках всякое, и однако, супротив сибирских