Свидетель защиты стр. 191
вздохнул Шалва Григолович.
— Нет, признание вам совсем не помогло бы. Главный просчет в том, что вы абстрагировались от личности.
— Закон не знает личности, он имеет дело с субъектом преступления.
— Но это всегда личность, человек. И люди, закон исполняющие, не имеют права этого забывать. Вы собирали улики, но это еще не все, далеко не все — собирать улики. Если бы вы внимательно вгляделись в Шарапова, в его жизнь, вы бы поняли, что он тех денег не брал.
— Идеалистическое представление о следствии.
— Нет, как раз реалистически-трезвое.
— Нам с вами трудно понять друг друга.
— Почему же, — возразил Андрей Аверьянович. Он встал. — Я вас понял. У нас разные точки зрения.
— На закон?
— На человека. До свидания.
Андрей Аверьянович наклонил голову и осторожно пошел к выходу, стараясь не наступать на вытянутые ноги усталых пассажиров.
1
В основе этой повести одна из защитительных речей ленинградского адвоката Я. С. Киселева.