Свободные Миры стр. 133
и Вьетнама, то, что это было? Миротворческая операция. А когда ваши спецслужбы, — я посмотрел на англичанина. — взяли детей моего генерала фактически в заложники и шантажировали его, что это было? Акция дружбы и налаживание дипломатических отношений? Давайте без экивоков, господа политики. Мне по большому счету, не так важна была судьба детей генерала Некрасова — это его внутрисемейное дело. Если они в чем-то виноваты, то должны понести за это наказание, но шантаж этим фактом своего воина, я расценил как объявление войны, и реагировал соответственно. Кстати, буду делать это и впредь. Каждый человек в моем отряде должен знать, что его семья находится в безопасности, и не будет страдать только потому, что он «акинак». Каждый мой воин уверен, что осудить, наказать и даже приговорить его к смерти, может только его командир. Они это знают, и уверены во мне так же, как я в них.
— Да вы хоть понимаете, всю ту разницу, между Великими Державами, — выкрикнул Блэкберн, оглядываясь на Фокса. — и вами, обычным наемником, которому до сих пор запрещено появляться на Земле.
— Очень хорошо понимаю, — спокойно и как можно равнодушнее сказал я. — Мой отряд независим, самодостаточен, и имеет возможность проводить практически любые операции в мирах, к которым мы имеем доступ. При этом, находясь вне зоны вашего влияния. А вот вы, представляете государство, на которое всегда можно надавить. Посмотрите на себя. Кто вы? Обычные зажравшиеся высокопоставленные чиновники, которые решают, умирать сотням тысяч солдат на Бортнае сегодня или завтра. Вот и думайте, теперь уже вы, а то всякое случается.
— Вы намекаете на убитых в течении последних недель пятерых сотрудников MI5?
— Вот именно на это, я вам и намекаю.
— Господа, — примирительно развел руки сенатор. — Мы цивилизованные белые люди, давайте договариваться конструктивно, без крика и шума, — он пристально посмотрел на меня. — Если командор пойдет на уступки, выплатит материальные и моральные компенсации, то все может быть улажено.
— Говорю заранее — нет. Однако, готов выслушать вас сенатор, так как с нашей последней встречи, которая закончилась ничем, минул, — я ухмыльнулся. — целый год. Все это время, мы как-то сосуществовали на просторах нескольких планет и без договоров. При этом, четко понимая, что делать можно, а чего нет. Я не вмешивался в дела Земли, а вы, особо не давили на меня по транспортировке людей с родины. Что вы хотите переменить в наших отношениях, сенатор? Ведь я, ничего просто так не отдам, и вы, должны это понимать очень четко. Ваши условия?
— Допуск исследовательских групп на Рамину и предоставление отрядных документов.
— Нет.
— Выдача генерала Некрасова.
— Нет.
— Доспехи, в которых Некрасов был в «Лидсе».
Тут я засомневался, все же доспех один отдать можно, но это ничего не изменит, и все же:
— Нет.
— Пятьсот миллионов евро компенсации правительству Великобритании.
— Нет.
— Надеюсь, вы понимаете, Кудрявцев, что ваш отказ и высокомерие, навлекают на вас и весь ваш отряд, массу проблем? И они будут такого свойства, что помочь вам, даже немцы не смогут.
— Сейчас, я в состоянии обойтись и без ресурсов Земли, выстою, а вы, получите адекватный ответ. Десятикратно.
— Например? — все спокойствие сенатора как-то понемногу улетучилось, напускная аристократичность ушла в тень, а на первый план, вылезла истинная суть и азарт лавочника из