Сын Казана стр. 3
безбоязненно забрехал своей матери, чтобы она подождала его, и побежал за нею. Если Серая Волчица и заметила это, то она все-таки не обратила ровно никакого внимания на его зов, и царапанье по земле ее когтей скоро замерло в толще навалившегося бурелома.
На этот раз Бари не остановило лежавшее поперек дороги бревно, которое всегда служило ему помехой на пути в этом направлении. Он вскарабкался на него и кувырком свалился по другую его сторону. Теперь перед ним открывалось широкое поприще для приключений, и он бросился в него очертя голову.
Для того, чтобы преодолеть первые двадцать ярдов, ему понадобилось порядочно усилий. Затем он добрался до бревна, уже достаточно обтертого ногами Серой Волчицы и Казана, и, останавливаясь на каждом шагу, чтобы визгом подозвать к себе мать, стал понемножку продвигаться все дальше и дальше. По мере того как совершалось это продвижение, и мир развертывался перед ним все шире и шире. До сих пор он не знал ничего, кроме темноты. А теперь эта темнота стала превращаться в какую-то странную смесь света и теней. Как вдруг, точно молния, его пронизал сноп света: это был солнечный луч, и он испугался его так, что распростерся плашмя на бревне и некоторое время вовсе не мог двинуться. Затем все-таки пошел вперед. Горностай прыснул в сторону из-под него. Он услышал, как быстро заскребла коготками белка, убегая от него и издавая такие звуки, которых он еще ни разу не слышал от матери: «хут-хут-хут»… Теперь уж он был не на торной дороге. Бревно уже не было больше гладким и поднимало его на себе все выше и выше к самой гуще валежника, сужаясь постепенно при каждом его шаге. Он заскулил. Напрасно его мягкий носик искал в воздухе теплый запах матери. А потом все кончилось тем, что он вдруг потерял равновесие и свалился вниз. С криком ужаса он сперва стал сползать с бревна, а потом не удержался на нем и всем телом шлепнулся о землю. Вероятно, он забрался уже достаточно высоко, потому что это было для него довольно серьезным падением. Летя вниз, его маленькое тельце ударялось то об одно бревно, то о другое, пока наконец, еле дыша, Бари не почувствовал, что падение прекратилось. Тем не менее он вскочил сразу на все четыре ноги и стал щуриться.
Новый ужас охватил его всего. В какое-нибудь одно мгновение для него переменился вдруг весь свет. Он попал в освещенное ярким солнцем пространство. И куда бы он ни поглядел, всюду перед ним стояли какие-то странные предметы. Но больше всего его испугало
солнце. Это было его первое знакомство с ярким пламенем вообще и заставляло его долго держать глаза закрытыми. Ему хотелось вернуться обратно в свою мирную и уютную темноту под валежником, но в это время из-за громадного бревна выскочила вдруг Серая Волчица, а потом вслед за нею и Казан. Она стала радостно тыкать в него своею слепой мордой, а Казан чисто по-собачьи завилял хвостом. Так же точно мог вилять хвостом и Бари, так как, будучи полусобакой, он сохранил эту способность до конца своих дней. Он попробовал сделать это и теперь. Возможно, что Казан заметил эти его попытки, потому что сел перед щенком