Сын синеглазой ведьмы стр. 144
же окрасилась кровью. Оборвав последнюю фразу, старик повернулся ко мне лицом, и следующее копье, ударив в спину, бросило его на колени.
В этот момент наши взгляды встретились… Лицо старого друга было спокойно, в глазах застыли удовлетворение и усталость — словно он нашел наконец рецепт выплавки золота из свинца… Заметив меня, Освальд улыбнулся, протянул руку, и в этот момент подбежавший палач ловко срубил ему голову топором.
— Твари! — не выдержав, заорал я и машинально рванулся вперед.
— А ну стоять! — рявкнул один из солдат и коротко ударил мне кулаком в грудь.
Дыхание тут же сбилось, перед глазами поплыли прозрачные круги, я упал на колени и вдруг что-то почувствовал. Такое, от чего волосы зашевелились у меня на затылке.
Одновременно с этим палач поднял голову Освальда, продемонстрировал ее толпе, и площадь огласили радостные возгласы. В следующий миг помост под ногами качнулся. Один раз, другой, и следом началось странное…
Труп алхимика зашевелился! Оттолкнувшись ладонями от окровавленных досок, то, что было Освальдом, поднялось на ноги и развернулось к толпе. Стоящие неподалеку солдаты отшатнулись и перехватили оружие, народ разом притих, и над площадью повисла напряженная тишина. В следующий миг помост задрожал, откуда-то снизу раздался отвратительный треск, брызнули из окон разбитые стекла. Стоящий на ногах труп исчез в ярчайшей оранжевой вспышке, а на его месте появился огромный коричневый демон.
Ростом никак не меньше шести локтей, с загнутыми, как у барана, рогами, грубой свалявшейся шерстью и узкими оранжевыми глазами.
Одновременно с его появлением плечо рванула резкая боль, тело скрутила противная судорога, и я вдруг почувствовал свой эфир! Блокирующая Печать исчезла, в голове прояснилось, страшно зачесалась обожженная грудь. В следующий миг во всем теле появилась знакомая легкость — как тогда, во время боя с бесовкой. Боль прошла, а все чувства обострились до максимума.
При виде чудовища толпа на площади испуганно заорала, солдаты попятились, грубо выругался стоящий неподалеку десятник…
Окончательно материализовавшись, демон, резко обернулся и ударил палача когтистой лапой в живот. С противным треском рвущейся материи когти твари пробили его насквозь. Чудовище громогласно расхохоталось и, подняв агонизирующего человека над головой, с легкостью разорвало пополам. Отшвырнув окровавленные обрывки в разные стороны, демон вскинул свои перевитые мускулами лапы и, резко опустив, ударил по толпе конусом заклинания.
Жуткая оранжевая волна прокатилась по площади, выламывая брусчатку и разрывая в клочья тела людей. Окрестности тут же огласили истошные крики раненых и умирающих.
«Вот оно, значит, что… — ошарашенно думал я. — Освальд не был никаким сумасшедшим… Понимая, что от смерти нам двоим не уйти, он пожертвовал собой, призвав это чудовище и надеясь, что его господин сможет сбежать. Да, старик, я попробую, но сначала…»
Уничтожив вокруг себя заклинания, я скинул с эшафота одного из стоящих рядом охранников и, легко уйдя от второго, ударом кулака в челюсть опрокинул атакующего на доски. Вырвав из рук солдата копье, обернулся и швырнул его в племянника императора, вложив в этот бросок всю свою силу и ненависть. За себя и за казненного друга! По счетам нужно платить в первую очередь, и счастлив тот, у кого выдается такая возможность!
Взгляды находящихся на балконе людей были прикованы к демону, и Снори не имел шансов. Облегченное армейское копье ударило