Сыщики 45-го стр. 82
давать показания, что-то подписывать?
Алексей поморщился – с милицией придется разбираться. Телефоны в городских квартирах пока редкость, но они уже есть, кто-то непременно вызовет. Уже вызвали, вот-вот подъедут на своем ржавом корыте. И что останется от ночного сна?
– Я вас защищу, – уверил Алексей. – Могу вообще не упоминать про ваш достойный поступок, а все лавры приписать себе. Если вас не волнует, конечно, всенародный почет с уважением.
– Ужас какой, – испугался Виктор. – Абсолютно не волнует. Не говорите обо мне, договорились? А то ведь затаскают… Спокойной вам ночи… ну, или как получится.
Глава десятая
Наутро болели мышцы, ныла голова от неудачной встречи с косяком. На пятку, пораненную стеклом, было больно наступать.
Алексей вышел из квартиры, как из долговременной огневой точки, стал возиться с замком. Отметилось движение боковым зрением, он вздрогнул, схватился за пистолет. Дверь у соседа из пятой квартиры отворялась бесшумно, все было хорошо смазано.
– Что вы, Алексей Макарович, только не стреляйте, умоляю вас, это совершенно излишне… – испуганно забормотал Яков Моисеевич Чаплин, делая большие глаза. Он был взлохмачен, учащенно моргал, выглядел жалким, взъерошенным. – Это всего лишь я, ваш скромный сосед… С вами все в порядке? Да, я вижу, все в порядке… Мы вчера с Фимочкой так испугались, так испугались… Что произошло, ради бога? Выстрелы, ужас, люди бегали, потом милиция приехала…
– Вы даже в окно не выглядывали, Яков Моисеевич, – подметил Черкасов. – И свет не включали.
– Да бог с вами, – замахал руками сосед. – Какие окна, какой свет, я вас умоляю… В войну такую прививку от всего этого получили… В угол забились, Розочке рот заткнули, чтобы не кричала, а потом еще долго не высовывались…
– Считайте, что проводились учения, – улыбнулся Алексей. – А также проверка граждан на реагирование в сложных ситуациях.
– Как вы можете шутить такими вещами… – Сосед обиженно выпятил губы.
– Обычные вещи, – пожал плечами Алексей. – Почему не пошутить? Как ваша Розочка? Ей все еще нездоровится?
– Да, у Розочки что-то невразумительное с желудком, врачи обследовали, но не смогли прийти к однозначному мнению. Это явно кишечник, который барахлит и испускает неприятные газы…
– Так вразумляйте уж как-нибудь, – усмехнулся Алексей. – Все будет хорошо, Яков Моисеевич, причину обязательно выявят. Наша медицина уверенно поднимается до уровня передовой. Скоро мертвых оживлять начнут.
– А вот этого не надо, – испугался Чаплин. – Умерли так умерли…
Путь до работы оказался не простым. Сплошные «радостные» встречи, начиная с соседа Чаплина. Впрочем, Женя Дьяченко сегодня дорогу не переходила.
Алексей вышел из подъезда, повертел головой. Встала на путь исправления? Вспомнилась тесная прихожая, льнущее к нему тело, сладкая истома… Он передернул плечами – как жить теперь с такими всплывающими наваждениями?
Небо было таким же свинцовым, как вчера, но изливать осадки пока не спешило. Алексей свернул с Базарной улицы в ближайший переулок и энергично зашагал на Советскую, стараясь не отвлекаться на боль в ноге. Он постоянно оглядывался – нет ничего проще выстрела в спину в безлюдном переулке. Крепла уверенность, что вчерашние убийцы теперь не остановятся. Он чем-то насолил преступному миру. Чем?
И поздно обнаружил знакомую фигуру, бредущую навстречу. Мужчина держал руки в карманах, сверлил его взглядом. С прошлой встречи Алексей Михайлович Головаш так и не побрился – щетина сгустилась, лицо от этого совсем почернело. На этот раз он