Таганский перекресток стр. 138
тоже — черт. Завтра разберемся!»
Борис ступил на мостовую, подождал, пропуская идущий от площади поток автомобилей, торопливо сделал еще несколько шагов, и…
И оказался перед закрытыми дверями церкви.
Которая должна была остаться за его спиной.
«Нет!»
Пивоваров испугался. До холода в животе. До шевелящихся волос. До липкого пота.
«Нет!!»
Несколько секунд он стоял и тупо разглядывал двери храма. Дрожал и тупо разглядывал двери храма. Не думал ни о чем, просто разглядывал закрытые двери.
Борису показалось, что он обречен.
Но потом паника отступила, и появилась отчетливая мысль: «Надо идти в церковь. Без этого не выбраться».
— Здравствуй, Никола Таганский!
— Никола на Болвановке, — поправила его какая-то женщина.
Борис резко обернулся. Рядом стояла невысокая высохшая старушка в черном плаще и черном платке.
— Никола на Болвановке, — повторила она. — Улица так называлась: Верхняя Болвановка. Здесь когда-то идол стоял, по-татарски — болван. Оттуда и пошло.
Старушка перекрестилась, повернулась к Пивоварову спиной и медленно пошла в сторону Таганки, катя за собой потрепанную хозяйственную тележку.
— Никола на Болвановке… — Борис так же перекрестился и решительно взялся за ручку двери.
«Посмотрим, сможешь ли ты мне помочь?»
— Не сможет!
Ошеломленный Пивоваров отступил на шаг назад. И сам не понял, что именно заставило его это сделать: громкий хриплый голос или тот факт, что двери в храм оказались заперты?
«Но ведь я видел, как джиповод входил в церковь!»
Храм на реставрации.
Прохожие с удивлением смотрели на человека, дергающего запертые двери.
— Никто тебе не поможет, Боря, никто!
Сквозь застилающий глаза туман страха Пивоваров с трудом различил приплясывающего перед ним мужчину. Лица не разобрать, все заросло густой бородой. Длинные волосы всклокочены. Одежда — тряпье. И запах…
«Бомж?»
— Сам думай, Боря, сам! Ты ведь умный, Боря, ты справишься!
И вдруг вцепился Пивоварову в плечи, резко притянул к себе и крепко поцеловал в губы.
— Отстань!
Пивоваров оттолкнул сумасшедшего бродягу и, спотыкаясь, побежал к площади.
— Сам, Боря, сам!!
На одежде застрял густой запах давно не мытого тела, нечесаных волос и нестираной рубахи. Кислый запах, противный.
Липкий.
А вокруг шепот:
— Его юродивый поцеловал!
— Его поцеловал юродивый!
— Юродивый его перед церковью поцеловал!
«Они завидуют? Чему?»
* * *Теперь компанию брошенному «Вольво» составлял подмигивающий желтой «люстрой» грузовичок.
«Эвакуатор, — обреченно вздохнул Пивоваров. — Доигрался».
На его счастье, гроза автомобилистов только-только подкатил к его машине, и оставался шанс спасти «Вольво» от штрафстоянки. Борис уныло подошел к милиционеру:
— Здравствуйте, товарищ капитан.
— Ваша машина?
— Да.
— Предъявите, пожалуйста, документы.
Пивоваров протянул милиционеру права.
— За сигаретами ходили?
— Нет…
— А зачем?
— Мы с хозяином «Лендровера» вас искали. Мы… немного потерлись… чуть-чуть…
— Какого «Лендровера»?
— Вот здесь джип стоял. — Борис махнул рукой на то место, что ныне занял эвакуатор. — Черный «Лендровер» с… кажется, у него воронежские номера были.
— Здесь не было никакого джипа, — помолчав, произнес капитан.
— Как это не было?
— Вот так. Я прекрасно видел, как вы остановились, включили аварийные сигналы, вышли из машины и отправились к метро. Вы были один.
— Вы ошибаетесь.
— Сначала я подумал, что у вас поломка, но вы не стали никому звонить. Просто ушли. Вот я и спрашиваю: за сигаретами ходили?
Борис сдавил руками виски.
«Джипа не было. Джиповода не было. А церковь? А юродивый?»
А что