Библиотека

Тайна декабриста стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

ливень.

«Покушение на кражу со взломом и нанесением сотруднику музея телесных повреждений, опасных для жизни», — так определил состав преступления Чернобровин.

В процессе расследования уголовного дела неизменно встают одни и те же вопросы: Что? Кто? Где? Когда? Зачем? Как? Чернобровину казалось, что он ответил на большинство из них, за исключением пока вопроса «кто?».

* * *

— Все? — спросил Максимов.

— Все, товарищ полковник! — не без самодовольства заключил старший лейтенант.

— Плохо! — хладнокровно подытожил полковник.

2. Версия старшего лейтенанта Чернобровина и поправки полковника Максимова

Они сидели друг против друга полковник Максимов и старший лейтенант Чернобровин, очень светлый блондин. Высокий, полный, осанистый, он походил скорее на инженера или хозяйственника Максимов, человек отнюдь не худой и крепко сбитый, рядом с подчиненным выглядел подростком, хотя и был много старше Чернобровина. Лицо у полковника было красное, с тонкими, словно иглой намеченными, морщинами у глаз — небольших, с хитрецой.

Максимов отложил фотографии, сделанные «по горячему следу», план места происшествия и крепко потер ладонью наголо обритое темя.

— Плохо, Вадим Николаевич.

— Что именно, Ефим Антонович?

— Все, Вадим Николаевич. Признайтесь, вам думается, будто все уже совершенно ясно, вы ответили на все вопросы, кроме одного — «кто?». И остается сделать еще небольшое усилие, чтобы протянуть руку и взять этого «кто». Правда?

«Ах, умница!» — уважительно подумал Чернобровин. Глаза с хитринкой прочитали, казалось, его мысли. Но он не отвел взгляда, а, кивнув головой, сознался:

— Правда, Ефим Антонович. Думаю так.

— Ну вот. А ведь следствие на первом этаже было проведено поверхностно, отсюда и тупичок. Зачем, например, Ковальчук спускалась в зал ночью?

— За архивными документами.

— Для чего?

— Для своей научной работы.

— А какие именно документы ей были нужны?

— Те, которые находились в папке.

— Нет, вы назовите, какие именно документы, о чем в них идет речь, к чему они относятся?

Чернобровин еле заметно пожал плечами.

— Мне кажется, что содержание этих бумаг, очень старинных, не имеет никакого отношения к попытке ограбить музей и ранению Ковальчук. Не явись она — все, вероятно, ограничилось бы кражей вещей из «бурмистерского клада».

— «Кажется!», «Вероятно!» — нахмурился Максимов — А вы уверены, что грабитель ставил своей целью похитить именно эти вещи?

— Вывод напрашивается сам собой. В зале больше не было ничего ценного — с рыночной точки зрения.

— Эх, Вадим Николаевич, Вадим Николаевич! — покачал головой Максимов. — Судебным органам нужны не ваши мнения, не ваши предположения и даже не ваши убеждения по данному делу. Судебным органам нужны доказательства. А они могут появиться только в результате глубокого и всестороннего расследования. Вы должны взять на учет все обстоятельства,

пусть даже далекие от существа дела. Они могут пролить свет на происшествие и выявить личность преступника. У вас есть версия, весьма правдоподобная и потому соблазнительная. Но увлечься ею опасно именно потому, что она сама валится в руки. Из хозяина версии вы становитесь ее рабом… Вы сами ставите себе рамки и в них затискиваете факты и детали, которые вам подходят, а что не подходит — оставляете без внимания…

Чернобровин сидел пунцовый. А Максимов, стиснув пальцами правой руки подбородок, молча и внимательно глядел на подчиненного и думал о том, как много раз в молодости, в начале своего почетного, но трудного служебного пути,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.