Тайна Гарстонов стр. 12
ряд сломанных арок, окутанных плющом. От хора оставался только длинный черный камень, который, при некотором воображении, можно было принять за старинный алтарь, служивший еще для языческих жертвоприношений раньше, чем его поместили в христианскую церковь. Кто-то из владельцев Брэдстока в XVIII веке счел нужным украсить руины шиповником, сиренью и ракитником.
Когда Мая подошла к развалинам, все в них цвело и благоухало. Она проложила себе путь через заросли по узкой тропинке, вымощенной обломками камней. Она нашла церковный свод и присела в углу у толстой стены.
Она старалась вообразить себе, какой вид имело это место, когда тут была церковь. Это было нелегко. Потоп
зелени, наполнявшей развалины, казался извечной, непобедимой действительностью. Но она старалась от нее освободиться и представить себе, что она находится в большой церкви во время богослужения. Это ей никак не удавалось. Она глядела на сломанные арки, говорила себе — там-то должен был стоять алтарь, — но волшебного преображения не совершалось.
Она направилась в сторону дома. От развалин церкви его отделяли лужайки и цветник роз. Фасад дома представлял собой длинную линию серо-желтого цвета с большими окнами, со стрельчатыми украшениями и с большой квадратной башней посредине.
В этом доме всегда было тихо. Его огромные мрачные, пышные пространства напоминали ей запущенную церковь. Она провела всю свою жизнь в маленьких домах и людных местностях. Она не могла отделаться от жуткого ощущения, будто в молчании аббатства была какая-то угроза. Она поспешила вверх по лестнице, созданной для пышных процессий, и пришла к сводчатому коридору, слабо освещавшемуся через узкие стрельчатые окна, пробитые сквозь старую стену толщиной в шесть футов. Здесь когда-то была спальня монахов. Теперь ее разделили на несколько комнат — две из них были отведены Мае Дин.
Преобразования в аббатстве привели к странным комбинациям. Дубовая облицовка стен и старинные потолки времен королевы Елизаветы согревались радиаторами центрального отопления, освещались электричеством и были заставлены мебелью эпохи королевы Виктории.
Лорд Кройленд распорядится, чтобы мисс Дин не носила форму сиделки, и Глэдис позаботилась о том, чтобы снабдить ее платьями, превосходившими все ее мечты. Она переоделась в шелковое платье и прошла посмотреть, проснулась ли миссис Гарстон.
Комната миссис Гарстон была в новой части аббатства, но неподалеку. Сводчатый коридор монахов вел к темной низкой арке, за которой был солнечный свет, падавший в широкую галерею с большими окнами и широкими потолками. Комната миссис Гарстон, первая и лучшая из новой части дома, была оклеена обоями, а на потолке ее были, также как и на окнах, многочисленные гербы. Мебель была времен Тюдоров. Там же стоял стол на колесах, уставленный всякими банками с лекарствами, бутылками минеральной воды, коробочками.
Миссис Гарстон сидела в глубоком кресле, около нее на коленях стояла служанка, надевавшая ей ботинки.
— Надеюсь, что вы хорошо выспались? — сказала Мая.
— Я совершенно не спала, — ответил плаксивый голос.
Служанка встала. Это была высокая, худая женщина с темным цветом лица и с обильными седыми волосами, прямо зачесанными назад со лба и образовавшими большой узел на затылке. Ее черное платье было старинного фасона и, казалось, сдавливало ее плоское тело.
— Она совершенно не спала, когда я пришла, сестра, — сказала она резко и поглядела на Маю.
— Ничего, Джонс, — сказала старушка тонким голоском.
— Ах,