Тайна корабля стр. 186
на свой счет, страх и риск? Кэртью был опытен в управлении яхтой; Гадден, по его словам, мог «приблизительно справляться с делом». Денег, несомненно можно было зашибить, иначе зачем бы такое множество судов крейсировало среди островов; имея собственное судно, можно было рассчитывать на еще большие барыши.
— И каков бы ни был результат, — воскликнул Гадден, — мы во всяком случае окупим свое содержание! Идем, купите себе приличный костюм, это, конечно, первое, что вам нужно сделать; а затем возьмем кабриолет и отправимся в «Почтенную Поселянку»,
— Я останусь в том костюме, который на мне, — сказал Норрис.
— Останетесь? — воскликнул Гадден. — Должен сказать, что я удивляюсь вам. Вы настоящий мудрец. Это называется пифагореизм, не так ли, если я не забыл философии?
— Ну, я называю это экономией, — возразил Кэртью. — Если мы попытаем счастья в этом предприятии, то я буду беречь каждый сикспенс.
— Увидите, попытаем ли мы его! — воскликнул сияющий Томми, вставая из-за стола. — Только заметьте, Кэртью, все должно быть на ваше имя. У меня капитал, изволите видеть, а у вас все права. Вы можете разыграть роль vacuus Viator, если дело пойдет плохо.
— Мне кажется, мы только что доказали, что дело это верное, — сказал Кэртью.
— Верных дел не бывает, дружище, — возразил мудрец, — ненадежно даже букмекерство.
Трактир и чайный сад, известные под названием «Почтенной Поселянки», были собственностью капитана Востока, чья долгая, деятельная карьера была посвящена плаванию среди островов. Всюду, от Тонга до Адмиралтейства, он был как дома и мог лгать на роддом языке. Он видел конец сандалового дерева, конец масла и начало копры; и сам был коммерческим пионером, первым, заведшим сношения с островами Джильберта. Он подвергся пытке на Фиджи во времена сэра Артура Гордона; и если когда-нибудь молился, то, конечно, имя сэра Артура не было забыто. Он получил семь копийных ран в Новой Ирландии — его помощник был тогда же убит — при знаменитом нападении на бриг «Веселый Роджер»; но предатели-дикари ничего не выиграли от своего коварства, и Восток, несмотря на все их сопротивление, заставил семьдесят пять человек работать на судне, причем не более дюжины умерли от ран. Он участвовал, кроме того, в милой шутке, которая стоила жизни Паттисону; и когда мнимый епископ высадился, отслужил службу и благословил туземцев, Восток, в женской рубахе, которую он достал из запаса своих товаров, стоял по правую руку от него и провозглашал «аминь». Это было темой его любимого рассказа, когда он был уверен, что находится в компании добрых друзей. «Двести рабочих за пригоршню аминей», так он озаглавил рассказ; а последствие, смерть настоящего епископа, казалось ему необыкновенно забавной штукой.
— Зачем же мы едем к этому старому негодяю? — спросил Кэртью.
— Подождите, пока услышите его, — ответил Томми; — этот человек знает все.
Выходя из кабриолета у «Почтенной Поселянки», Гадден заинтересовался наружностью извозчика, крупного, смахивавшего на моряка, человека, краснолицего, голубоглазого, с короткими руками и прерывистым дыханием, лет сорока.
— А ведь я вас знаю, — сказал он, — возили вы меня раньше?
— Сколько раз, мистер Гадден! — ответил возница. — Последний раз, когда вы вернулись, я возил вас на скачки, сэр.
— Отлично; в таком случае слезайте и заходите выпить, — сказал Томми и направился в сад.
Капитан Восток встретил друзей: это был медлительный угрюмый