Тайна «Коварной русалки» стр. 76
обсуждениями «коварства и низости этого подлого субъекта». Допросы самого «субъекта» показали, что дружба его с Натальей Владимировной носила отнюдь не бескорыстный характер. Потакая и поддакивая во всем эксцентричной старухе, этот фанатичный коллекционер выманивал у нее за бесценок редкости из собрания покойного мужа. Кроме того, он надеялся сделать так, чтобы Коврова-Водкина завещала ему часть картин. Чаяния Евгения Казимировича зиждились не на пустом месте. Дело в том, что Наталья Владимировна регулярно ссорилась со своей дочерью Светланой. И в таких случаях до момента примирения лишала ее наследства. Приведи Евгений Казимирович в исполнение свой план, Наталье Владимировне недолго бы осталось жить на этом свете. Ибо, как показал случай с Ростиславом Кузьмичом, «интеллигентный и терпеливый» сосед Ковровой-Водкиной ради своей коллекции мог пойти и на убийство.
Кстати, этот знаток живописи и старины до нынешнего года даже не предполагал, какой шедевр висит в библиотеке. О триптихе и потерянных его частях Евгений Казимирович узнал лишь после того, как в Музее частных коллекций выставили «Плачущую русалку». Когда Евгению Казимировичу стало ясно, какое сокровище столько лет находилось у него под носом, он заспешил. Выставку в Музее частных коллекций мог посетить еще кто-нибудь из жителей поселка. После этого вокруг «Коварной русалки» поднялась бы шумиха, и она уж наверняка уплыла бы из рук Евгения Казимировича.
Он понял, что действовать нужно немедленно. План у него сложился простой и хитрый. Главное, увести следствие от поселка. Для этого достаточно выбросить разломанную раму. Евгений Казимирович обнаружил в ней тайник. Поэтому часть с тайником оставил у себя, чтобы позже спокойно с ней разобраться. Остальные же выкинул в пруд. Тут и возник нежелательный свидетель. Евгений Казимирович, недолго думая, расправился с ним. Но Ростислав Кузьмич только чудом не утонул. В остальном план похищения пока удавался. Осторожно собирая сведения по поселку, Евгений Казимирович понял, что в краже подозревают кого угодно, но только не его. А главное, все удивляются, кому понадобилась
совсем не ценная картина.
Евгения Казимировича осенило, что он может увести следствие совсем в другую сторону. Мол, картину похитили из-за сокровища, которое было спрятано в раме. Тайник к тому времени Евгений Казимирович уже обследовал. Там обнаружился недорогой серебряный медальон, внутри которого лежала прядь белокурых волос. Эта находка представляла ценность лишь для бывшего владельца как воспоминание о какой-то ушедшей, а может быть, и тайной любви.
Медальон остался у Евгения Казимировича, а раму он ночью выбросил в пруд. Затем похититель приступил к главной части своего плана. Нужно было во что бы то ни стало убрать нежелательного свидетеля. Однако первая попытка не удалась. Узнав же от Павла Потаповича, что Ростислав Кузьмич пришел в себя и на другой день у него возьмут показания, Евгений Казимирович решил немедленно расправиться с «утопленником». Так что, если бы не ребята, Ростиславу Кузьмичу грозила верная гибель.
Картина довольно долго находилась на экспертизе. Наконец был вынесен окончательный вердикт: «Коварная русалка» – это подлинная работа кисти Н. Трофимова». Жители Красных Гор устроили по этому поводу собрание дачного кооператива, почти единогласно решили воссоединить две части триптиха и передать «Коварную русалку» в дар Музею частных коллекций. В особенности ликовал Павел Потапович.
– Вот вы мне не вегиви, – говорил почтенный академик. – А мне всегда нгавивась