Тайна Полтергейста стр. 117
подрагивать.
— Эй, не отнимай мою! — сказала Литера. — Борланд, дай ему другую.
— Лови, — сталкер кинул Апельсину банку. Судя по тому, что она повисла в воздухе, полтергейст её поймал. Затем банка покрутилась перед недоумённой оранжевой мордашкой, и Апельсин принялся колотить жестянкой по камню.
— Погоди, — сказала Литера и потянулась к нему. — Вот как надо. Учись!
Она ловко вскрыла банку, показав Апельсину её содержимое. Полтергейст пробурчал что-то невнятное и отлетел подальше, прихватив банку с собой.
— Быстро учится, — хмыкнул Фармер. — Сам удивляюсь, почему я к нему так быстро привык.
— А он символизирует собою
то, что мы все хотим когда-нибудь встретить, — высказал предположение Уотсон, прикрыв экран КПК пальцами. — Думаю, так.
— Не знал, что у тебя мало хороших друзей.
— Третий лишним не будет.
Литера прислонилась к плечу Борланда и с улыбкой разглядывала Апельсина за трапезой. Куски мяса и овощей вылетали из банки и исчезали в нарисованной пасти полтергейста, который старательно изображал жевательный процесс и что-то мурлыкал. Мясной сок скоро забрызгал обжору с передней стороны. Картина получилась гротескная до невозможности. Апельсин напоминал что угодно, но только не страшного мутанта Зоны.
— Как же он понимает, что мы говорим? — задал вопрос Фармер.
— Мы даже не знаем, как сами понимаем друг друга, — ответил Борланд. — Ты знаешь, как работают разум и душа человека?
— Не-а.
— А перед нами висит, так сказать, ещё более простая модель. Она реагирует на информацию, анализирует и адекватно реагирует.
Апельсин расправился с банкой, поднял её усилием воли и с урчанием запустил подальше в кусты.
— Ну, не совсем адекватно, — поправил себя Борланд. — Но вполне.
Скосив глаза, Апельсин заметил, что весь измазался. Перекувыркнувшись, он впитал остатки сока через внешнюю поверхность и просиял.
— Вкусно? — спросил Фармер под аплодисменты Литеры. — Ещё хочешь?
— У меня всего одна осталась, — предупредил Борланд. — Не нужно ему напоминать…
Но уже было поздно. Рюкзаки всей команды пришли в движение. Уотсон поспешно придержал собственный, предохраняя упакованную аппаратуру от лишних толчков. Борланд не вмешивался, следя взглядом за тем, как из рюкзаков стройными рядами вылетают консервные банки и в единодушном порыве устремляются к полтергейсту. Громкий хоровой треск — и перед Апельсином закружились вскрытые жестянки.
— Вот спасибо, — с досадой сказал Фармер. — А ты не лопнешь?
Апельсин его не слышал. Или сделал вид, что не слышал. Во всяком случае, едой он был поглощён в высшей степени.
— Да, вы правы, — сказал Борланд. — Действительно, быстро учится. Ну, значит, на здоровье. Идёмте, что ли, пока наш оранжевый друг обедает.
Он поднялся на ноги первым, Литера сразу за ним. Фармер втоптал окурок в грязь и перехватил FN-2000.
— Надеюсь, он догадается не подбирать окурки, — проворчал молодой сталкер.
— Поменьше болтай об этом вслух, — сказал Борланд. — Уотсон, ты готов?
Другой молодой сталкер отреагировал не сразу. Наконец до него дошло, он вздрогнул, оторвался от КПК и спрятал устройство в карман.
— Да, — ответил он рассеянно, думая о чём-то своём. — Уже выходим?
— Икс-шестнадцать, — сказал Борланд. —